Передохнув, они снова обменялись ударами, и снова ни один из них не достиг цели: Стриж уклонился, а Игорь отступил назад, пространства у него было много, до самого Урала. Анатолий тут же занял этот отвоеванный метр, и бой продолжился."
"Странный это был поединок. Они прекрасно знали друг друга — одного учителя, одной школы, одной выучки. Оба технари, но с тяжелыми нокаутирующими ударами. Шаховской старался работать на дальней дистанции, чтобы на все сто процентов использовать свое преимущество в росте и неудобную для соперника левостороннюю стойку.
Но ему мешал хотя и расстегнутый, но все-таки узкий пиджак, он задыхался, затянутый по горло своим фирменным галстуком от Версаче. А жгучее южное солнце уже залило едким потом лицо и глаза. Стриж, налегке, в шортах, в легкой тенниске, почти не вспотевший, шел как на таран, стараясь разорвать дистанцию и войти в ближний бой. Незаурядная реакция позволяла ему уворачиваться от большинства ударов Шаховского, и хотя из разбитой брови уже сочилась кровь, но она не заливала глаза, а на все остальное ему было наплевать.
Анатолий по сантиметру выдавливал соперника назад, все дальше от обрыва. Вносила свои коррективы и неровная поверхность скалы, Стрижу с его ростом приходилось легче на всех этих ямах и кочках, чем высокорослому Шаховскому.
Как-то незаметно, потихоньку, но Анатолий переломил ход этого боя в свою пользу. Игорь, в отличие от него, давно уже не прикасался к перчаткам, год как бросил бегать, и хотя внешне это на нем не отразилось, выручала природная поджарость организма, но зато все аукнулось теперь.
Все чаще удары Стрижа достигали цели, они приходились больше по корпусу, от ударов в голову Шаховского еще выручали въевшаяся в душу и кровь выучка и реакция. Постепенно отступая, он дошел до машины и теперь уже бывшей чемпион как бы оказался прижатым к канатам. А Стриж все увеличивал темп боя, чередуя удары в корпус с уже проходящими ударами в голову. Теперь и по лицу Шаховского текла кровь.
Наконец Анатолий все-таки поймал момент, он предугадал движение Игоря влево, ноги Стрижа нашли в это мгновение самую оптимальную поверхность, и боковой свинг в голову потряс Шаховского, руки у него опустились, он рухнул сначала на колени, а потом упал вперед и вниз лицом.
Стриж несколько мгновений смотрел на него, потрогал правой рукой разбитую бровь и, отвернувшись от Игоря, тяжело доковылял до лежащего в стороне пистолета.
