Пиранья. Первый бросок читать онлайн

Глава третья

Ай люли, се тре жоли…

С утра на судне стараниями товарища Панкратова прямо-таки нагнеталась торжественная обстановка: динамики, включенные на полную громкость, в данный момент как раз сообщали на всю прилегающую акваторию:

И вновь продолжается бой!И сердцу тревожно в груди!И Ленин, такой молодой,И юный Октябрь впереди!Сам же товарищ Панкратов, сияя надраенными регалиями, суетился, что твой колобок, он то исчезал в недрах «Сириуса», то вновь возникал на палубе, неутомимо напоминая всем и каждому, что товарищи мужского пола обязаны надеть галстуки, а лица пола женского – особое внимание уделить длине юбок, понятно, в сторону максимума, отличающих советского человека за рубежом приличий.

Натолкнувшись на Мазура, он, видно, замотался уже настолько, что прошипел:

– Комсомольский значок есть, а награды где?

– Това-арищ Панкратов… – сказал Мазур тихонько. – Мне что, «За боевые заслуги» нужно было с собой прихватить? Вопреки строжайшим инструкциям начальства?

Панкратов очнулся:

– А? Н-да, точно… Галстук поправьте.

 – Он с определенным сомнением покосился на пенсне принаряженного Лаврика, явно настроенный недоброжелательно по отношению к сему нехитрому оптическому прибору. Не удержался:

– Вид у вас…"

"– Вы никогда не видели портретов товарища Луначарского в пенсне? – преспокойно осведомился Самарин.

– А, ну да… Ладно, проходите в автобус.

 – Он покосился вправо и, стараясь проделать это понезаметнее, от души сплюнул: – Тв-варь такая, расстрелял бы…

Справа, на палубе «Русалки», калифорнийский облом Драйтон прилагал все усилия, чтобы испаскудить святой для каждого советского человека праздник: вся его компашка, состоявшая из него самого, ослепительных блондинок Гейл с Моникой и четырех бездельников мужского пола, маршировала взад-вперед от носа к надстройке, причем Драйтон что есть мочи колотил в местный барабан, похожий на половинку дыни.

На шее у всех алели куски материи, долженствующие, надо полагать, изображать пионерские галстуки, вся банда, включая девушек, была лишь в плавках. Мало того, по сигналу Драйтона они время от времени дружно орали:

– Лье-нин! Парртия! Комунисм!

И еще что-то неразборчивое, что, скорее всего, было вовсе уж исковерканными русскими словами.