Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы проследовали за администратором в кабинку в задней части зала. Я уселась напротив мужчины, ощущая, что мне уже не хватает его прикосновений.

Сидящий напротив меня Кеннеди удерживал мой взгляд, не позволяя отвернуться.

— Ты мне нравишься, Хоуп. Я могу дать тебе всё, что ты пожелаешь, взамен же я хочу лишь одного… — Я закрыла глаза, уже догадываясь, что последует дальше. Мужчины хотят одного. Я заставила себя открыть глаза, физически ощущая его близость и пристальное внимание. Скрестив ноги, я поерзала, пытаясь утихомирить пульсацию между бедер.

Легкая ухмылка и намек на ямочки говорили мне, что Кеннеди догадывался о том, что я чувствую.

— Что если я не хочу давать Вам желаемое, мистер Дженнер?

Его светло-голубые глаза потемнели.

— Прежде чем примешь решение, поцелуй меня.

От его слов мое дыхание сбилось, и я заметила, как взгляд мужчины остановился на моих губах. Мое тело предало разум. Застонав, Кеннеди поднял пристальный взгляд к моим глазам и, потянувшись через стол, положил руку мне на шею и притянул ближе к себе.

Прежде чем я что-то смогла сообразить, его губы накрыли мои. Жесткого напора с ноткой агрессии хватило, чтобы мои губы раскрылись. Мужчина зарычал и, наклонив голову, углубил поцелуй. Я ощутила, как сердце бешено заколотилось в груди. Кеннеди смягчился и, заканчивая поцелуй, слегка прикусил мою нижнюю губу. Наши лица по-прежнему оставались рядом: нос к носу, дыхание к дыханию.

— Я не хочу никакой лжи, Хоуп. Никогда.

И это то, чего он хочет? Я ожидала немного не этого.

Я смутно осознала, что рядом с открытым ртом стоит официантка. Кашлянув, она вернула нас к реальности. Смущенная чужим вторжением в наш личный мирок, я отпрянула и уселась на место. Кеннеди сделал заказ, получив от большегрудой официантки улыбку. Мой же мозг был не в состоянии воспринимать его слова. Мне нужно прочистить голову и вернуть нашу беседу в русло типичных разговоров на свидании, прежде чем я сделаю что-нибудь глупое."

"— Итак, мистер Дженнер, что привело вас в Нью-Йорк? — Уже знакомый румянец окрасил мое лицо.

Что в этом мужчине такого, отчего я краснею всякий раз, находясь рядом с ним?

— Бизнес. И пусть мне нравится мысль, что лежа подо мной в спальне, ты зовешь меня мистер Дженнер, сейчас всё же уместнее будет Кеннеди, тебе не кажется?

Он просто не мог сказать этого, да?

— Извините? — Мои брови взметнулись вверх.

Кеннеди наклонился ближе и медленно, с легким намеком на веселость произнес:

— Ты всё правильно услышала, Хоуп.