Пером и шпагой. Битва железных канцлеров читать онлайн

«В самом деле, – толковала интеллигентная Европа, – кто это был… он или она?»

Тогда в этом вопросе решил разобраться Луи Журдан, почтенный издатель парижской газеты «Век».

– Кавалер де Еон, – бестрепетно заявил он публике, – не был и кавалершей… это былО кавалершО! То есть нечто среднее между мужчиной и женщиной. Или все вместе: мужчина с женщиной.

И, сделав такое заявление, Журдан назвал свою книгу о де Еоне соответственно: «Гермафродит»; вышла она в 1861 году, и публика набросилась на нее со всем пылом.

Русская историческая наука внимательно присматривалась к тем европейским скандалам, где задевали авторитет преобразователя России. Между тем Россию клевали походя – все кому не лень. Любое военное или политическое потрясение – сразу, будто из-под земли, всплывает и это «завещание».

Даже когда Россия освободила братьев-болгар, даже тогда, на Берлинском конгрессе, Россию одергивают, и вновь, как бельмо в глазу, торчит эта фальшивка.

В самом деле, вот § 8 и 9 этого «завещания».

– Что эти параграфы говорят? – рассуждали дипломаты. – Петр Первый завещал потомству: неустанно расширять русские пределы к северу и югу вдоль Черного моря, возможно ближе подвигаться к Константинополю, к Греции и к Индии; обладающий же ими будет обладателем всего мира. Именно это поползновение России к обладанию миром мы и наблюдаем сейчас во всей русской политике…

Такими выводами иностранные дипломаты зачеркивали все жертвы России, принесенные страной ради свободы славян, и приписывали России агрессивные планы… Что бы ни делала отныне Россия, куда бы ни повернулась своим громадным телом – везде торчат ее пятки: «Уважаемая великая держава! Вы бы там поосторожнее, в Каракумских песках у Каспия… Не прикроетесь научными целями! Мы-то ведь знаем, что у вас на уме…»

– В чем вы нас подозреваете? – спрашивал канцлер Горчаков.

– Знаем мы ваши черные замыслы, – отвечала Европа.

* * *Не успел еще остыть интерес к журдановскому «Гермафродиту», как в Брюсселе появилась невзрачная брошюрка некоего Бергольца, в которой автор смело задал миру вопрос:

– Кто же был действительным автором петровского завещания, которое уже всем набило оскомину?

И в брошюре своей ответил:

– Сам император Франции… Наполеон!

И привел тому доказательства.