Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Постойте-ка, что? — нахмурился Пётр, — откуда такие заявления?

— Вы не единственный, с кем его компания пыталась заключить контракт. Одним из моих коллег была предоставлена информация, подтверждающая этот факт. Марев пытался убедить каждого из «претендентов», что именно с ним заключена договорённость. К счастью, я был предупреждён.

— Невозможно… — пробормотал Пётр, вновь потянувшись к бокалу.

Но гость ловко успел перехватить его, подставляя воду.

— Я хочу говорить с вами, а не с вином, — пояснил свои действия Михаил, — кажется, мы оба увлеклись им сегодня.

— Чем ещё подтверждены ваши заявления о действиях компании Марева? — хмуро поинтересовался Пётр, мысленно соглашалась со своим собеседником — спиртного с них хватит.

— Виталий Горов и Анна Веселовская уже заказали по платью в «Беджис». Представляю их удивление, когда оказалось, что их дочери обе счастливые невесты Юрия Марева.

Пётр прерывисто вдохнул, упираясь обеими ладонями в край стола, и исподлобья поглядел на сидящего напротив мужчину.

— Вам не нужно ничего говорить, — спокойно отозвался Михаил, понимая чувства Петра, — и принимать поспешных решений под воздействием прекрасного «Маркези ди Бароло» тоже не лучший выход.

Мне жаль, что пришлось довести до вас эту информацию подобным образом. И пусть сейчас вы решите, что это один из моих хитрых ходов, чтобы заручиться вашей благосклонностью — я в любом случае не позволю каким-либо обстоятельствам навредить Наталье.

— Вы хорошо подготовились к встрече… — отозвался Уваров.

— Разве я мог разочаровать вас?

Уголок губ Петра дрогнул:

— Если я откажу вам?

Михаил медленно покачал головой, не сводя со своего собеседника тёмного взгляда:

— Это не изменит ни моих чувств, ни моих намерений.

— Что же вы намерены предпринять?

— Доказать вам, что не зря доверили свою дочь.

— А я доверил? — хмыкнул Пётр.

— Несомненно, — улыбнулся краешком губ Громов.

— Вот чёрт… — Уваров схватил свой бокал и полностью осушил его, прежде чем Михаил успел что-либо сказать, — чем же Ташка так зацепила вас?

— Она как солнце, — мягко ответил Михаил, и Пётр почувствовал, как что-то сжалось в груди.