Осень в Сокольниках читать онлайн

— Пойдемте, Юрий Петрович, — сказала официантка Валя. Нет, уж не Валя, а Валентина Степановна. Внуки у нее росли. Но Долгушин помнил ее яркой блондинкой, хорошенькой, синеглазой, которая не раз в трудную минуту ссуживала деньги на кофе и коньяк молодому искусствоведу.

Он сел за стол.

— Что будете, Юра? — Теперь они вдвоем, теперь можно и просто по имени.

— Как всегда, Валюша, только бутылочку шампанского не забудь. Наташа придет.

Долгушин закурил сигарету, оглядел зал. Лица все больше знакомые. Вон барственно кивает человек из прошлого.

Давно знакомый. Пьет кофе и что-то рассказывает молодому парню и его спутнице. Видимо, разворачивает перед ними книгу, которую никогда не напишет. Всю жизнь такой же. Одет поношенно-модно, с чужого плеча, дома курит «Дымок», а здесь достает из кармана «Мальборо». Проговорил до старости в кафе. Начинал хорошо, но остался на всю жизнь автором единственной книги, вышедшей еще в пятидесятых годах. А когда-то, что кривить душой, его рассказы увлекали Долгушина, когда они гуляли до рассвета по московским бульварам. Наверняка припрется сейчас и попросит рубль.

Человек встал, подошел к его столу.

— Привет, Юра.

— Привет, Виталий.

— Ждешь?

— Да.

— Ты понимаешь, есть идея, мы могли бы написать грандиозную вещь…

— Я всегда работаю один. Напиши сам, зачем делить славу?

— Я о тебе думаю.

Виталий присел. Оглядел стол. Потянулся к пачке сигарет.

— «Данхилл». Богатые люди — особые люди. Я возьму штуки три.

— Бери.

— Видел девочку?

— За твоим столом?

— Да.

До чего хороша! Хочу пригласить ее к себе.

— Будешь рассказывать ей о новом сценарии?

— Ты думаешь, я на другое не способен?

Долгушин промолчал.

— Ты очень изменился, Юра.

— Мне через три года шестьдесят.

— О тебе плохо говорят.

— Кто и где? Те, что приходят сюда по вечерам и пьют кофе? Их мнение меня не волнует.

— Я защищаю тебя… Кстати, у тебя не будет трех рублей?

Долгушин достал пятерку, протянул Виталию. Тот оглянулся, взял еще три сигареты и, барственно кивнув, пошел к своему столу.

О том, что Наташа появилась в зале, Долгушин узнавал, даже если он сидел спиной к двери. Она входила, и на секунду наступала тишина. Мужчины прекращали говорить и жадно смотрели ей вслед. А она шла сквозь эту тишину, глядя прямо перед собой, равнодушно-усталая, привыкшая ко всеобщему восхищению. Долгушин смотрел, как Наташа идет через зал, обходя столики. Высокая, идеально сложенная, гордо неся коротко стриженную красивую голову, и в душе его пели трубы победы.