А я, напротив, опять ощутил приступ удушья и отвратительный привкус гнили на губах. Долго здесь находиться нельзя…
Низина, выбранная нами для ночлега, попала под выброс облака болотного газа. Именно он вызвал мои галлюцинации. Это я понимал, как понимал и то, что вот Угара я уже не вытаскивал. Вероятно, пес самостоятельно смог покинуть смертельную западню, в которую мы попали благодаря самоуверенности Наты. Не стоило мне ее слушаться…
Примерно через полчаса силы вернулись, и я, все это время, просидев возле девушки, смог, наконец, подняться и даже взять ее на руки.
Вес казался мне запредельным… но я, превозмогая слабость и ломоту в конечностях, в буквальном смысле на коленях, вытащил ее из кустарника на вершину, где свежий воздух ощущался гораздо сильнее. Еще через полчаса, отдохнув и набравшись уверенности, отправился на поиски. Угар лежал, раскинув лапы, метрах в десяти выше опасного места. Все вокруг было покрыто дурно пахнущей жижей — беднягу вырвало. Я склонился над псом, ощутив внутри себя тяжкую пустоту — выжить после изрядной дозы отравы невозможно… Но могучий пес еще дышал.
Воспрянув духом, я стал готовиться к спасению четвероного друга. Эту проблему решить оказалось гораздо труднее — но я изначально не собирался тащить его на себе. Вместо этого просто разложил одно из наших одеял, перевалил туда пса и потащил той же дорогой, какой мы пришли в распадок. Иными словами — еще через пару часов наша потрепанная, но живая троица грелась возле костра, разведенного в более надежном убежище, и мы делились с Натой впечатлениями… Вернее, пытались:
— Ччто эт… это… был…о?
Говорила она с трудом, сглатывая после каждого слова.
После того, как я собрал всех в кучу, пришло время подчитывать потери… стоило признать, что мы еще легко отделались! Что до Угара — тот пришел в себя, еще тогда, когда я безжалостно волок его тушу по камням. Пса опять стало рвать, и он мучительно изгибался, выплескивая из себя зловонную отраву. Глядя на него, я хотел было заставить очистится Нату, но, увидев ее просящий взгляд, оставил попытку.
— Ллу. чше… Пом. Пмоолчи… — Я и сам едва мог произнести несколько слов связно. Газ серьезно повредил нашим связкам, и даже Угар, пришедший в себя на свежем воздухе, после пары попыток что-то тявкнуть, оставил бесплодную затею и просто уронил морду на вытянутые лапы.
— Г. газ?"
"Я кивнул. Так было проще, да и не стоило лишний раз раздражать и без того воспаленную гортань.
