Что ему мешает иметь при себе портативную рацию? На связь он может выходить из любого лесного массива, из частного дома, который снимает, даже из собственного кабинета в штабе, что, конечно, верх наглости и неприличия.
— Это крик души, товарищ капитан? — поинтересовался Левторович, вынимая длинными, как у пианиста, пальцами папиросу из пачки. — Так давайте пройдемся облавой по лесам и полям. Полномочия у нас вроде есть, солдат найдем.
— Вспугнем агента, — заметил Казначеев.
— Ой, ладно, — отмахнулся Пустовой.
— Шила в мешке не утаишь. Мы еще КПП не проехали, а лазутчик уже знал, кто прибыл по его бессмертную душу. Если он верит в стабильность своего положения, то будет хладнокровно при сем присутствовать. Если очкует, попытается сбежать. Поэтому я, товарищ капитан, посоветовал бы присматривать за фигурантами. Есть же в полку взвод разведки. Там опытные кадры.
— Уже присматривают, — сказал Алексей. — Это все, чем вы богаты?
— Предлагаю беседы по душам, — сказал Пустовой.
— Пусть фигуранты поделятся с нами ценными фактами из своей биографии, расскажут о жизни, об этапах службы. Будем внимательно слушать, ловить на нестыковках. Лазутчик обязательно даст осечку.
— Теперь о замполите, — подал голос Левторович. — Майор Костин Евгений Романович, сорок четыре года, этакий увесистый субъект с пронырливым взглядом.
— Неужели его взгляд пронырливее твоего? — осведомился Казначеев.
Левторович прохладно хихикнул и проговорил:
— Он вдвое тяжелее и убедительнее.
К сожалению, институт военных комиссаров упразднен. Теперь командиры частей и подразделений сами наблюдают за своим собственным моральным духом. Остались замполиты. Они должны вести пропагандистско-воспитательную работу среди личного состава, агитировать за дело рабочего класса и так далее. Самое противное, товарищ капитан, что никто из этой публики не успел проявить себя в бою. Субъект вальяжный, нетерпимый к чужому мнению. Он проживает в съемной квартире на улице Народной, имеет машину с личным шофером.
Днем колесит по подразделениям, проводит среди бойцов политико-просветительскую работу, освещает деятельность ВКП(б) на фронте, агитирует за вступление в партию. Мол, лучше умереть коммунистом, чем беспартийным. Не раз вступал в перепалки с командиром полка, настаивал на обязательной двухразовой политинформации — утром и вечером.
«Явно жалеет об упраздненном институте комиссаров, — подумал Алексей.
