Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Зачем ты мне все это говоришь сейчас? Когда уже… поздно? — последнее слово с трудом удается протолкнуть из горла.

Слишком уж оно горькое, колючее, ядовитое. Это слишком больно — осознать все и не иметь возможности исправить.

— Разве? — Горов тянется ко мне, накрывает своей рукой мою ладонь и смотрит таким выворачивающим наизнанку взглядом, что кажется, заглядывает в самую душу.

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. У меня нет невесты. И она не беременна — или беременна, но не от меня. — Выжидает паузу, убеждаясь, что был прав в своих догадках.

— Там долгая запутанная история. Я встречался с дочерью своего делового партнера до тех пор, пока снова не встретил тебя. С того момента, даже раньше, между мною и ней ничего не было. Я даже хотел официально расстаться, но она попросила еще пару месяцев не рассказывать ее отцу о нашем разрыве — там сложная семейная ситуация. А когда выяснилось, что она ждет ребенка, ее отец, соответственно, подумал на меня. Я хотел с ней поговорить, выяснить, но, увы, она сбежала.

Сегодня, то есть уже вчера, звонил ее отец, сказал, что нашлась, но мне уже было не до них. Я сорвался к тебе. Приеду — выясню все подробности, разберусь окончательно. Так что это недоразумение. Я пытался тебе объяснить, но ты меня даже слушать не стала.

— Прости. — Отвожу взгляд, чувствуя себя капризной девчонкой.

Смотрю на наши руки, ощущая исходящее от ладони Горова тепло. Оно бежит по коже нежным лучиком, ласкает, дарит надежду!

Боже, какие же мы с ним два идиота. Два отчаянных дурака! Сколько ошибок можно было бы избежать, сколько слез сэкономить.

А мы…

— Кстати, мое предложение до сих пор в силе, — вырывает меня из горьких размышлений Стас. — Я по-прежнему хочу, чтобы ты стала моей женой, переехала ко мне и мы, наконец, стали настоящей семьей.

И снова в душе расцветает весна.

— Я… — теряюсь, не зная, что ответить.

Захлебываясь от эмоций. И радость, и облегчение, и благодарность, и стыд, и раскаяние, и счастье захлестывают с головой. Термоядерный коктейль какой-то. Мне хочется смеяться и плакать одновременно.

Оттого, что мы все выяснили, и от того, как много мы потеряли. Все запуталось в такой клубок, что я не представляю, можно ли его еще распутать?!

— Обними меня, пожалуйста, — шепчу сдавленно.

Мне сейчас это очень надо. Почувствовать его поддержку. Ощутить его любовь. Насладиться нашей близостью.

Его не нужно просить дважды. Он подходит ближе, подает руку. Я тянусь к нему, как увядающий от засухи цветок к живительной влаге.