Ничто не вечно читать онлайн

– Доктор Тэйлор, ранее вы заявляли, что не имели понятия о том, что Джон Кронин намеревается оставить вам миллион долларов или что он собирается исключить из завещания свою семью.

– Совершенно верно.

– А сколько зарабатывает врач-ординатор в окружной больнице «Эмбаркадеро»?

– Протестую! – воскликнул Алан Пенн. – Я не вижу…

– Вопрос правомерный. Свидетельница может отвечать.

– Тридцать восемь тысяч долларов в год.

– Не так уж это много в наше время, да? – посочувствовал Венабл. – Да еще минус всякие вычеты, налоги, расходы на жизнь.

– Думаю, что не хватит."

"– Точно не хватит. Значит, вы не планировали подобное путешествие, понимая, что не сможете позволить себе этого.

– Совершенно верно.

Алан Пенн снова вскочил со стула.

– Ваша честь…

Судья Янг повернулась к представителю обвинения:

– Куда вы клоните, мистер Венабл?

– Я просто хочу подтвердить тот факт, что обвиняемая не могла планировать подобное роскошное путешествие, не рассчитывая получить от кого-то деньги.

– Она уже ответила на этот вопрос.

Алан Пенн понимал, что должен что-то предпринять. Настроение у него было паршивое, однако он поднялся со своего места с радостным видом человека, только что выигравшего в лотерею.

– Доктор Тэйлор, вы помните, как брали в туристическом агентстве эти проспекты?

– Да.

– Вы собирались поехать в Европу или взять напрокат яхту?

– Разумеется, нет.

Алан Пенн тайком бросил взгляд на присяжных. Судя по их лицам, они совершенно не поверили этому объяснению.

Гас Венабл проводил повторный допрос обвиняемой.

– Доктор Тэйлор, вы знакомы с доктором Лоуренсом Баркером?

В голове Пейдж внезапно промелькнуло воспоминание. Я убью Лоуренса Баркера.

– Да, я знакома с доктором Баркером.

– Откуда вы его знаете?

– Последние два года мы с доктором Баркером часто работали вместе.

– Вы считаете его компетентным врачом?

Снова вмешался Алан Пенн:

– Возражаю, ваша честь. Свидетельница…

Но прежде чем он закончил, Пейдж ответила:

– Он не просто компетентен. Он превосходный врач.

Пенн рухнул на стул, не в силах вымолвить ни слова.