Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

У него был голос человека, не разговаривавшего несколько месяцев: хриплый, сухой, царапающий.

— Я согласна на все, кроме постели. Извини, к таким отношениям я не готова.

Он внимательно изучал мое лицо. Я чувствовала, как скользит его взгляд по моей коже: лоб, щеки, спинка носа, мой рот… Когда его взгляд опустился на мои губы, я их невольно облизала и заерзала на своем месте, испытывая неловкость.

— Я не вполне понимаю, — сказал он, — ты должна установить границы дозволенного. Как мне позволено к тебе прикасаться?

Я прочистила горло.

— Ну… можешь брать меня за руку или положить руку мне на плечо, на спину. Я даже готова попробовать короткие объятия.

— Не поможет, — он покачал головой, — контакт должен быть кожа к коже. Или ты собираешься ходить с обнаженной спиной? Тогда тебе стоит приобщиться к моде дроу. Их женщины любят открытые платья.

Я не могла понять, он смеется надо мной или над собой?

— Над ситуацией в целом.

Я ахнула. Как можно было забыть?! Он же умеет читать мысли!"

"— Эта способность восстановилась пару часов назад, — успокоил он меня, — но если мы не решим, как быть с нашей проблемой, то скоро я лишусь не только способностей, но и жизни.

И ты вместе со мной. Ты знала об этом?

— Когда спасала тебя? Нет.

— А если бы знала, стала бы подвергать себя опасности?

— Ради тебя? Наверное, нет. Но ради твоих подданных… да.

— Я не слышу уверенности в твоем голосе.

— Ну, извини, с самопожертвованием у меня плохо, — я театрально развела руками, — все вышло случайно.

Он встал и медленно обошел вокруг стола. Остановился позади моего кресла и осторожно прикоснулся к моей шее кончиками пальцев. Легкий разряд прошил мое тело. Я вздрогнула и невольно отклонилась.

— Шшшш, — прошептал он, удерживая меня за плечи, — я только попробую.

Закусив губу, я заставила себя сидеть смирно. Пальцы Эрионара все еще были худыми, сила, которую он терял неделями, не может вернуться в одночасье, на это нужно время. Он легко скользнул по линии роста волос, обвел выступающие позвонки и двинулся дальше, туда, где к коже плотно прилегало накрахмаленное кружево платья.

Мой наряд оставлял открытыми плечи и верхнюю часть груди, что давало асуру широкое поле для деятельности.

Но он не стал увлекаться. Слегка приласкав мою кожу, он заставил меня расслабиться и убрал напряжение. Затем положил руки мне на плечи, стараясь создать максимально тесный контакт, и застыл, прикрыв глаза. Задрав голову, я увидела на его лице странное выражение.