Может, в этом все дело? Может, боги просто смакуют эту энергию, наслаждаются ею, как мы хорошим вином? А потом вдруг вспоминают, что и ответить на молитвы надо бы… Хотя известны случаи, когда некоторые приверженцы умирали на алтарях, так и не дождавшись ответа. Что это? Боги посчитали их недостойными? Или просто опьянели от крови? Впрочем, это только мои домыслы.
Я сжала крепче руку Айренира и подвинулась так, чтобы хоть немного соприкасаться с ним телом. Где-то там, снаружи, нас ждали веры. Я дала Брейну четкие указания: ничего не предпринимать до рассвета.
Если к этому времени мы не вернемся, он будет искать способ связаться с кем-то из Владык. Асуры единственные из ныне живущих, кто может войти в города сидов, но вот только кто это будет? Эрионар? Судя по рассказу Джанны, он практически недееспособный, хотя она, как мать, могла преувеличить его недуг. Леоверен? От этого помощи не приму, даже если умирать буду, впрочем, надеюсь, что до этого не дойдет.
Вскоре я почувствовала, как немеет все тело.
Начиная от кончиков пальцев и дальше — вверх по рукам и ногам — разливался мертвенных холод. С запекшихся губ срывалось полубезумное бормотания, разносившееся эхом в огромном зале — это я шептала воззвание к богине на языке, не звучавшем в этих стенах больше тысячи лет… Веки постепенно наливались свинцом, сознание уплывало… в звенящей тишине подземного храма я слышала, как смешиваясь на алтаре и стекая, капает наша кровь на сверкающий пол…
* * *Это было похоже на прекрасный сон.
Я вдруг осознала себя лежащей на мягкой изумрудной траве под сенью цветущих деревьев. Надо мной склонились ветви акации, усыпанные белоснежными цветами, похожими на хлопья морской пены, пахучая сирень и даже жасмин, чей аромат кружил голову своей неповторимой сладостью. Сквозь густую листву над моей головой сияло двойное солнце, согревая мое обнаженное тело.
Я немного приподнялась и поняла, что нахожусь на поляне в каком-то саду, где неведомый хозяин собрал все известные деревья и травы, способные цвести.
И сейчас это буйство цветов и ароматов находилось в самом своем разгаре. Но самое необыкновенное заключалось в том, что на мне больше не было следов порезов и я не чувствовала слабости от потери крови. Наоборот, я была полна сил, а мое тело испытывало непонятное томление, будто меня только что ласкал любовник.
В воздухе раздался мелодичный перезвон, словно кто-то тронул серебряные колокольчики. Я посмотрела в ту сторону и ахнула.
