Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вдовствующая графиня, переступив порог, хотела закрыть за собой дверь, но сестры, особенно Генриетта, стали громко возмущаться, пытаясь протиснуться следом. Хью вздохнул и тихо произнес:

– Мама, пусть заходят. Он больше не станет лгать. Никому.

– Элиза здорова? – спросила мать.

– Где она? – чуть не плача, воскликнула Эдит. – Зачем я только позволила ей вчера уехать! Я так виновата…

– Я не знаю, где она. – Хью потупился. – И не знаю, вернется ли.

Розмари тихо вскрикнула, а Генриетта в изумлении уставилась на брата.

– Хью, как тебя понимать? Что ты имеешь в виду?

Хью с трудом заставил себя поднять глаза. Мать и сестры были крайне встревожены исчезновением Элизы. И эти же самые женщины поначалу терпеть ее не могли. Откуда же такая перемена?.. Ответ очевиден: все дело в душевных качествах Элизы, в ее терпении и добросердечии. Мать и сестры полюбили ее – точно так же, как и он.

Твердо решив, что не станет больше лгать, Хью проговорил:"

"– Когда я начал ухаживать за Элизой, вы все недоумевали: мол, зачем она мне? Ведь она совсем не та девушка, которую вы представляли рядом со мной.

И если уж начистоту, то, признаюсь, я и сам выбрал бы себе другую невесту. Но выбора у меня не было, потому что я стал почти банкротом, а Элиза – невеста с богатым приданым и наследница огромного состояния.

Мать в изумлении пробормотала:

– Что?.. Не может быть. Ведь твой отец…

– Отец оставил мне одни долги – закладные и неоплаченные ссуды.

Он промотал все, что у него было. Он согнал со своих земель почти всех фермеров-арендаторов, а плодородные угодья превратил в парки и сады. – Хью взглянул на мать, потом на сестер. – Да-да, именно так. Отец проиграл и растратил все – в том числе и деньги, отложенные на приданое Эдит и Генриетты.

Эдит зажала рот ладонью, а леди Розмари схватилась за горло и воскликнула:

– Я не понимаю! Он всегда обещал мне, что позаботится о нас, говорил, что мы ни в чем не будем нуждаться: ни девочки, ни ты.

Говорил, что мы всегда будем жить…

– Отец лгал. – Хью пожал плечами. – Он всем нам лгал. Мне следовало бы расспросить его подробно обо всем, но я не представлял, что все может быть так плохо.

Хью вздохнул, глядя на мать, а та, как будто не доверяя собственным ногам, села. Лицо у нее было белое как простыня.

– Отец Элизы захотел, чтобы она вышла за джентльмена, – продолжил Хью.