Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 30 читать онлайн

Надо бы его убрать с чужих глаз. Достаточно покрасовался.

Я «включаю» Воронова и командую мысленно:

— Убери паука в мою тень.

— Ого, шеф, — поразился легат. — Это же теневая тварь!

— Он самый, — хмыкаю. — Ну так что?

— А как это сделать-то? — ломается он в нерешительности.

— Просто направь теневой импульс на него и на меня, — отмахиваюсь. На самом деле несложно догадаться, но Воронов просто раньше не видел теневых паучков — вот и растерялся.

Воронов послушно выполняет, и Магнитик втягивается, как пылесосом, в мою тень.

И, конечно, такую непростую работу мог выполнить только разве что Высший Грандмастер Тьмы. Лорд Тень по-прежнему ко мне неровно дышит. Привет, старина. Ну что ж… раз ты прислал мне подарок — значит, я его приму и буду активно использовать.

Этого паучка, пожалуй, можно будет поселить в тень кого-то из жён. Например, Светки. Она огненная, он теневой — получится хороший контраст, и никто не будет ожидать такой ответки, если полезет, так что неплохая дополнительная защита. Я поворачиваюсь к Ольге Валерьевне и, захватив вниманием камеру, громко обращаюсь к Алёнушке:

— Благодарю Охранное отделение за помощь и за то, что разоблачили мерзавца, покушавшегося на мою избранницу. Как оказалось, убитый Давид не являлся личным дворянином, как недавно заявлял на всю страну.

К нам подходит Гепара — с прямой спиной, в обтягивающей майке, подчёркивающей её грудь. Лицо у мутантки спокойное, голос звучит твёрдо и громко:

— Мой брат в детстве был моим мучителем. А Данила Степанович спас меня от его притязаний и садистских наклонностей.

— Что ж, тогда преступник получил по заслугам, — безразлично заключает Алёнушка.

Ольга Валерьевна хмурится и, обратившись к экспедиторам, кивает в сторону зрительской зоны, где на фоне стенки почти слился с интерьером бледный Симохин.

— Господа офицеры. Этого Давида привёл на передачу господин Симохин.

Алёнушка не медлит. Оборачивается к своим:

— Задержать его.

Сдавленно булькнувшего Симохина тут же берут под руки, выворачивают, уводят, будто он давно уже списан в утиль.

Я смотрю на процесс задержания без сожаления.