Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Эта идея имеет право на жизнь, — наконец сдался Исаак Харитонович, — но чтобы дать окончательное заключение, мне надо подробно изучить схемы. Вы можете оставить эти документы мне?

— Да, это в любом случае останется у вас, — хитро прищурился я, — внести сюда я могу любой документ, а вот вынести без согласования ничего невозможно.

— Подождите, — вскидывается Невяжский, — так вы хотите, чтобы этой работой занялся именно я?

— Почему нет, — пожимаю плечами, — как я узнал, вы недавно закончили работу над государственным заказом, с направлением дальнейших исследований не определились, а я предлагаю вам работу в области радионавигации, перспективную работу, надо сказать.

— Это не моё направление, — отмахнулся он, — здесь пока нет ни одной моей идеи.

— Да, пока с авторством беда, — соглашаюсь с ним, — но здесь предложено только часть решения проблем, задачу потом можно ставить гораздо шире.

— А с чего вы решили, что руководство института поручит реализацию этой задачи именно мне?

— Так именно вы будете давать заключение о возможности реализации идеи радионавигации в Наркомат.

— Продолжаю убеждать ученого. — Остальные, не имея на руках документов, даже не поймут о чем речь.

Вроде бы убедил, Исаак Харитонович согласился изучить документы и выдать заключение. А когда заключение будет, можно и в Наркомат обоснование писать, думаю, там не откажутся получить навигационную систему, которая позволит привязывать самолеты к карте с точностью до двадцати метров. Самое интересное, что когда я вывалил эту идею на Челомея, тот с интересом выслушал меня, а потом заметил, что это не тематика ОКБ.

Насилу убедил, что тематика хоть и не наша, но мы сильно от нее зависим, поэтому почему бы не двинуть ее в профильный институт?

А вот от разработки новых перспективных инерциальных систем Владимир Николаевич отказаться не смог, прекрасно понимал, что без соответствующего прибора самолеты-снаряды не более чем дорогостоящая игрушка. Хотя и не совсем, прознав о том, что для проведения полигонных испытаний использовалась система радиоуправления, он загорелся сделать радиоуправляемую ракету, которую можно с успехом применять против кораблей противника.

— На море можно будет атаковать корабль с самолета на расстоянии километров в тридцать — сорок, — начал рассуждать он, — если поставить в хвосте ракеты трассер, то оператор будет видеть ее с большого расстояния.

— Но тогда не нужна дальность в двести пятьдесят километров, — замечаю я.