Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Считай, он на весь центр замахнулся…

– Гасить Махора надо… Хотя, говорят, он в законе.

– Говорят. И ты говори, что ты в законе!

– Как я могу такое говорить? За такое спросят!

– Вот и с Махора спросят. Видал я таких самозванцев!..

В расстроенных чувствах Шурин налил себе граммов сто коньяка, столько же плеснул и Ясеню. Выпил, но легче не стало.

– Короче, сначала с Котом решим. А потом с Махором. Ты, брат, все дела будешь делать. И Советский район твоим станет. Весь район! Как тебе такой вариант?

– Ну-у… Было бы неплохо!.

. А вы как, Федор Васильевич?

– А я всем городом рулить буду. Закамский район, считай, наш, с Юбилейным тоже решим. Советский ты отобьешь. В каждом районе по бригаде, а я голова… Мы с тобой заживем, Ясень. В золоте купаться будем… Ну, давай за успех нашего великого дела!

Из ресторана Ясень уезжал хорошо под градусом. Заверил Шурина в своей преданности ему лично и уехал. И Федору надо было закругляться. Но пробка уже попала в нос, и остановиться он не смог.

Домой Шурин вернулся поздно.

Пьяный, злой, а тут еще Нина попалась на глаза.

– Из-за тебя все! – разуваясь, раздраженно буркнул он.

Ей бы промолчать, но не хватило бабе ума.

– Что из-за меня?

– Братву на какую-то шлюху променял!

– Кто шлюха? – оторопело уставилась на него Нина.

– Ты шлюха!.. Думаешь, я не знаю? Из-за тебя все наперекосяк!

Наконец до нее дошло, что Шурин чертовски пьян, потому и выпрыгивают из него бесы. Она ушла в гостевую, заперлась там. Но именно это и не понравилось Шурину. Нина должна была знать правду о себе!

– Открой, сука!

Нина не открывала, тогда он пустил в ход ногу.

От мощного удара дверь открылась, но вместе с тем острый кусок разбившегося стекла впился в голень. Вид крови еще больше взбесил Шурина.

Нина в ужасе забилась в угол, но он и не думал ее жалеть. Влепил ей пощечину, швырнул на кровать, раздвинул ноги.

– Не надо, я сама!

Она не хотела, чтобы ее насиловали, поэтому предлагала секс по взаимному согласию.

– Сама!.. Шлюха ты, потому и сама!..

Она не сопротивлялась.

Он еще раз обозвал ее шлюхой и ушел в спальню. Там и рухнул на кровать… Надоела ему эта дрянь, пора с ней заканчивать. А то ведь еще расскажет ментам, как на самом деле погиб Дима Ковальков. Может, ее саму из окна выкинуть?.. Но, чтобы осуществить свой замысел, Шурину нужно было как минимум подняться. А тело уже отказалось ему повиноваться.

Проснулся он утром. В одежде. Голова тяжелая, трещит по швам. На часах – половина двенадцатого. Полдень уже, считай.