Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он закидывает мою ногу на свою талию, двигается резче, быстрее. Ловит каждую мои реакцию, прижимается губами.

Я цепляюсь пальцами за каменные плечи, веду по рукам, спине. Глажу каждую клеточку, до которой могу дотянуться.

— Всё нормально? — смотрит внимательно, двигается быстрее. — А, паучок? Хорошо?

— Да.

У меня кружится голова, кислород превращается в пар. Ловлю его губы, целую. Мне с ним хорошо-хорошо.

Очень хорошо для хорошей девочки.

Царапаю загорелую кожу, впиваюсь ногтями.

Никогда так не делала, а парень только подставляется.

— Какая ты громкая, — он смеётся тихо, заставляет вскрикнуть, когда до упора входит. — Ага, настолько.

Самовлюблённый мальчик.

Который так идеально меня касается.

Оргазм наступает слишком быстро, неожиданно. Вот всё сворачивается внутри, жжёт между ног. А секунду спустя тело накрывает судорогами. Долгими, выкручивающими.

Перед глазами тёмные точки.

В голове звон.

— Громкая, — повторяет, кончая следом за мной. — Мне нравится.

Вместо того, чтобы лечь рядом, дать возможность дышать, он только сильнее прижимается.

Вдавливает, словно я могу сбежать. Я двигаться не могу. Только касаться губами влажной кожи, выемки на мужской ключице.

— Мне нужно в душ, — произношу вечность спустя.

А потом домой.

И не смотреть в эти наглый карие глаза, в которых до сих пор полыхает огонь.

Глава 11

Эрик

Смотрю на нее.

Мы даже свет не выключили. Не до этого было. Зато я во всех деталях ее вижу, каждую чёрточку разгоряченного лица.

Давно не было так хорошо.

Никуда не торопиться, не ломать голову, как вежливо намекнуть, что я вызываю такси, и гостье пора домой.

– Мне…в душ надо, — помолчав, повторяет Эля.

— М-м, — кратко чмокаю искусанные красные губы. И с неохотой выскальзываю, эрекция почему-то держится до сих пор.

Перекатываюсь по дивану, забрасываю руку на Элю."

"– Может, не пойдешь? — выравниваю дыхание, носом зарываюсь в растрёпанные волосы. Куда-то слетели резинки, пальцами распутываю косы, каштановые шелковые пряди перебираю, залипаю.

— Шикарные у тебя косички, — смеюсь. — Были.

– И ещё будут, — заверяет она, тоже улыбается. Сбрасывает мою руку и тянет на себя простыню, заматывается в нее.

– Ну не-ет, — за край тяну простынь обратно. — Иди так, без всего.

Сдергиваю с нее ткань, мешающую любоваться упругой грудью с темными вишенками сосков. Сглатываю слюну, понимая, что я опять голоден, одного раза мало, какой душ.

Она не спорит, берется за другой край простыни.