Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Глава 12

Шигатан проводил Тайли до шатра и повелел не высовываться вплоть до начала завтрашнего поединка. Все ж народ остался недоволен выбором вожака, не говоря уже об отвергнутой невесте, потому стоило поостеречься и лишний раз не маячить на глазах. А вскоре по распоряжению вожака к шатру пленницы прибыли два воина.

Эта ночь далась тяжело, бедняжка без конца ворочалась, голова пухла от мыслей, тело то в жар бросало, то в холод. И уснула-то, точно в небытие провалилась. Вдруг сквозь сон ощутила касания, довольно настойчивые.

А когда открыла глаза, увидела над собой охотника, орк тут же зажал ей рот.

– Молчать, – произнес негромко, после чего отпустил.

– Что ты здесь делаешь? – сразу села.

– Ты хотеть быть с ним? – Ибар явно злился, хоть и старался сдерживаться. – Что он такого сделать для тебя? Он ручной пес Унарага, который пытаться лаять, только выходить плохо.

– Ибар… прости. Но я не люблю тебя.

И орк поддался эмоциям, он схватил Тайли, уложил на кровать и начал раздевать.

– Пусти! – попыталась вырваться, да разве смогла бы.

– Ибар!

И где же эти воины?

– Нет, я тебя не пустить. Я сделать тебя своей, – стащил с нее штаны, после и накидку."

"Вид обнаженного разгоряченного тела окончательно выбил из колеи, Ибар подхватил девушку, а через мгновение она уже лежала на столе вниз животом, притом орк скрутил ей руки за спиной.

– Стража! – крикнула, что было сил.

– Они не прийти, – навис над ней. – И тебя здесь никто не услышать. Лучше не дергаться, я не хочу тебе навредить, Тайли.

И пленница ощутила его руку у себя между ног, Ибар надавил на вход в лоно, отчего стало больно, потом еще раз и еще. С каждым движением становилось только больнее.

– Пожалуйста, – уткнулась лбом в стол, – не надо.

Но Ибар не собирался останавливаться.

– После этой ночи у тебя не остаться выбора, – склонился и провел языком вдоль позвоночника. – Не сопротивляться.

Тайли аж замерла, когда в промежность уперлось нечто большое и твердое. А Ибар подхватил ее под живот, потянул на себя, и тотчас резкая боль пронзила тело, настолько резкая, что Тайли чуть не задохнулась.

Даже голос пропал, а следом случилась яркая вспышка света.

Несчастная открыла глаза, прислушалась сначала к себе, потом к окружающему пространству. Сердце тем временем колотилось как сумасшедшее, на лбу выступила испарина, но царящая вокруг тишина и солнечный свет, что пробился через отверстия в крыше, привели в чувства. Утро! Затем Тайли заглянула под одеяло. И одежда на месте.