Говори прямо — что ты хочешь? — Я подумала, что Татьяна сейчас будет вымогать у меня деньги за свое молчание. И стоило ради этого пропускать тренировку?
— Посоветоваться с тобой.
— Да? Ну советуйся.
— Я не знаю, что мне делать дальше. Нет, рассказывать Бочарову правду я не собираюсь. Но оставлять все как есть тоже нельзя. Так ведь?
— Я тебя не совсем понимаю.
— Хорошо, я начну издалека. Понимаешь, когда я устроилась на работу в «Гриф», им руководил Ферапонтов. При нем все было иначе — ясно и понятно.
Я работала телохранителем, в основном сопровождала детей крутых бизнесменов в школу, в разные секции, просто гуляла с ними в парках. Меня вполне устраивала эта работа. А потом Андрей Никитич заболел и вместо себя поставил племянника, Бочарова. Тот раньше был у нас системным администратором. Став исполняющим директора, Сергей установил новые порядки. Он отказался от старых клиентов и набрал новых.
— Почему? — полюбопытствовала я.
— Я думаю, что здесь дело в деньгах.
Бочаров решил воспользоваться моментом дядюшкиного отсутствия и срубить легкие бабки. С теми, кто отказывался платить больше, он разрывал контракты, заключал новые. Меня он поставил охранять одного пятидесятилетнего придурка, — Таня скривилась, вспоминая об этом. — Тот решил, что женщина-бодигард и проститутка — это слова-синонимы. Я дала ему отпор, он нажаловался на меня и.о. директора, и Бочаров меня чуть не уволил. Уж не знаю, по какой причине он меня все-таки оставил, но мне работать в «Грифе» стало не в кайф.
Я бы уволилась, но в другие охранные фирмы Горовска женщин вообще не берут. Во всяком случае, так мне говорили, когда я приходила на собеседование.
— Ну надо же, какое неравноправие! — возмутилась я скорее для поддержания разговора, чем из сочувствия."
"— И не говори! — Таня не поняла скрытого в моих словах сарказма. — Короче, на прошлой неделе Сергей дал мне новое задание — следить за тобой в бассейне, причем ничего толком не объяснил.
Просто сказал — ко всему прислушиваться и приглядываться. А я не умею так работать, когда чего-то не понимаю. Я поговорила с нашими парнями, которые тоже за тобой следили, так и они не знали, в чем смысл этого, только в отличие от меня они не парились. Им сказали висеть у тебя на «хвосте», причем особо не маскироваться, они и висели. Я чувствовала, здесь что-то не то. При Ферапонтове все было прозрачно — кто заказчик, какая цель, какие ставки.
