Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Говорил же, не нужен он тебе. Как в воду смотрел. Вышвырнул его, значит? Ну, что ж, я не обломаюсь после тебя. Я-то цену ему давно знаю. Недешево он стоит, а ты не понял. Проституткой побрезговал? Срубил с него денег, а после отходную дал? Мне только на руку. Он ведь сюда приполз, а я теперь заставлю его быть благодарным. Будет упираться. Он один такой. Скрипит зубами и терпит, а это дорогого стоит.

— Спи, — прошептал Дав. — Утром будем трахаться.

Роя разбудил прилив внезапного жара. Казалось, что температура поднимается ежесекундно.

Было трудно дышать и очень хотелось пить. Приступ тошноты заставил Маккену броситься в гостиную. Он не помнил, как бежал по лестнице, не помнил, как падал, теряя сознание. Это было похоже на смерть и, похоже, душа его неслась по коридору из повернутых и сдвинутых колец. Что-то чужеродное копошилось внутри, словно дотошно что-то искало. Вспышки кровавого света выдавливали лицо старика с седыми паклями волос, перехваченными выцветшей синей повязкой. Спокойное и сосредоточенное.

Он потрясал погремушкой, и сквозь Роя лился шум песка. Маккена решил, что умер, когда услышал:

— Почему, Рой?

Он пытался собрать мысли, но они неслись рассыпавшимися словами по тому же коридору.

— Отпусти меня.

Это был и не был голос Энди. И в этот момент Рой увидел его, словно кто-то проецировал изображение на дрожащую гладь воды. Оно было мутным и искаженным, не похожим на него. Мгновение, и Маккена почувствовал каждую свою клетку. Все, из чего состоял.

— Не могу. Нет.

Больше Рой ничего не помнил. Он очнулся, обнаружив себя лежащим на полу гостиной, обессилевшим, взмокшим и совершенно одиноким. По опустевшему сознанию носился тающий голос парня: „Отпусти меня“. И в ответ десяток… сотня… тысяча раз: „Не могу. Нет“.

Не могу. Нет.

Не могу. Нет

Не могу…

Нет…

(1) Да, мой друг. Каждый день и каждую ночь. (исп)

Часть 7. SUPERNATURAL.

Книга 3. 7. SUPERNATURAL.(Супернатурал)"

"Шоу затягивалось. Даже слишком, и Рой впал в уныние.

Ведущий заваливал все допустимые регламенты, продолжая пытать Джима Сноу. Похоже, его уже так разогнало, что он не мог остановиться. Несколько раз он подытоживающее говорил: «Ну, вот, последний вопрос», после чего проезжал еще километров пятнадцать, совершенно позабыв об этом. Несомненно, Сноу заслуживал пристального внимания, но ведущий уже возвел это в ранг недопустимого. Он был столь пристрастен, что можно думать, он проводил свое последнее шоу в жизни.