— Я тоже не могу.
— Мы что завтра мир должны покорить?!
— Ты - нет! Детка - да!
Шон подмигнул, и Энди понял, о чем это он.
— Бог с тобой, мое солнце! — Стив дружески похлопал Майкла по плечу. — Пожалею тебя сегодня. Детка — особого рода куколка. Мини. И играть в нее надо аккуратно. Привык, понимаешь, к своему табуну! Того и гляди, крошку пони затопчешь!
— Топчи сам! — театрально обиделся Майкл. — Не мое это! Создай себе балет из карликов и умиляйся, а меня уволь!
— Я подумаю.
— Попробуй только!
— Иди уже!
— Не принимай на свой счет мои слова, детка, — Майкл поцеловал Энди в затылок.
— Я тебя все равно люблю. Когда подрастешь - я к твоим услугам.
— Идет, — улыбнулся тот. — Ожидайте.
— Пойдем-ка, милый, — продолжал Стив. — Плеснем еще золота на твою шкурку. Ты что больше любишь: молочный шоколад или темный?
— Не знаю даже. А ты?
— Я и Рой, кстати, мы полюбливаем горький крепкий шоколад. Так что, тебе еще ходить и ходить. Собирайся.
— Я готов.
— Ну, тогда потопали.
— Потопали."
"Энди возился с ужином.
Он был в хорошем настроении, и ему хотелось сделать что-нибудь необычное. Мысль о близости со Стивом не покидала голову, оборачиваясь там по какой-то своей определенной орбите. Чувство стыда, сбитое в плотный сгусток, вращалось поперек нее по узкой траектории. Чем больше он пытался сравнить Роя и Шона, тем очевиднее понимал, что это невозможно. Они разные. Совершенно. Ну то есть абсолютно. Мальчишке казалось, его сейчас разорвет от тех чувств, которые бродили внутри. Наверное, они сговорились изводить его, чем и занимались с маниакальным упорством.
То, собравшись в кучу, они атаковали сердце, заставляя его сокращаться так, словно его обладатель бежал кросс, то наседали на солнечное сплетение, и Энди начинало подташнивать. Иногда они комом застревали в горле, не позволяя себя сглотнуть. Парень вдруг понял, что еще никогда не ждал Роя так, как сейчас. Время не шло. Заплелось, запуталось, потеряло дорогу и остановилось в размышлениях. Ужин не готовился. Во всяком случае, так казалось Энди.
Рой не возвращался. Наконец, засунув форель в духовку, парень поднялся в студию и уставился на фотографию Маккены в кресле. Гладкое совершенное тело с вымеренными, идеальными пропорциями. Мягкие каштановые волосы. Глаза закрыты, но Энди знает: там под веками они карие с зеленым оттенком. И Шон, там, в массажном кабинете. Рельефный, с проработанными мышцами, словно пособие для изучения их работы. Темно-русый, с глазами грозового неба.
