Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Саймон повернулся к европейскому Хранителю, но когда приземлился на четыре лапы и припал к земле, готовясь броситься на него всем громадным тигриным весом, то оказался нос к носу с солдатом, занёсшим топор для удара, – солдатом, которым определённо не был Вадим.

Тот не успел даже толком удивиться, как Саймон полоснул его когтями и устремился к лестнице, по которой взбирался Вадим. Но тут по тронному залу разнёсся вой сирены, и внутрь хлынула волна вооружённых до зубов солдат Верховного Совета.

– Саймон! – крикнул брат, и Саймон обернулся к нему.

Нолан съёжился у основания пьедестала, скрываясь в тени, но это не помешало десятку солдат броситься в яму, вскинув факелы и оружие. И хотя голос брата звучал уже не так слабо, Саймон понимал, что яд ещё не успел выветриться из его организма.

Поэтому, даже понимая, что Вадим сбежит, и слыша вопли обезьяны, сидящей на троне, он поступил единственным возможным образом: издал свирепый рык и прыгнул, приземлившись между братом и солдатами, которые ему угрожали.

Он сам не понял, что было дальше. Животные инстинкты взяли верх, как на улицах Аништадта и узкой грунтовой дороге на Амазонке, и он больше не думал о том, кто стоит перед ним – только об опасности, которую они представляют для брата, друзей и остальных Наследников. И хотя весь прошлый год он старался не терять над собой контроль, страшась истинной силы своих способностей, сейчас он отдался им полностью, двигаясь с моментальной решимостью и даже не задумываясь о том, что ему делать.

В одну секунду он был тигром, кромсающим солдат, осмелившихся к нему приблизиться. В следующую – волком, бросающимся на противника, или бурым медведем, мгновенно ломающим кости врага. Он был осой, ядовитым морским змеем, муравьём, лосем, даже крошечным синекольчатым осьминогом, чей укус был способен убить больше двадцати человек. Всё больше и больше солдат бросалось на него, и он сражался изо всех сил, не подпуская к брату никого.

– Ну всё, хватит выпендриваться, – сказал Нолан, и Саймон заморгал, придя в себя в момент, когда анакондой душил противника. На месте опоссума появился крупный серый волк, который сидел и ухмылялся. – Пойдём поболтаем с Вадимом.

– Ты в порядке? – озадаченно спросил Саймон. Сколько же он сражался? Он не помнил, но что-то подсказывало не оглядываться.

– Драться смогу, – ответил Нолан и кивнул в сторону лестницы, где почти не осталось врагов. – Пойдём.