Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Скоро наше кошмарное путешествие закончится?

– Да уж надеюсь, – проворчала Уинтер. – Или мне придётся самой разобраться с этим Вадимом.

– И чего мы сразу об этом не подумали? – сказал Джем, протягивая ей руку. – От него бы давно мокрого места не осталось."

"– Ты прекрасно знаешь, что, если бы я могла превращаться, так бы оно и было, – сказала Уинтер, и они вместе поднялись в самолёт.

Шарлотта пошла следом, но Саймон помедлил, ощущая на лице тёплые прикосновения полуденного ветерка.

Он не знал, правильно ли они поступают и действительно ли смена страны позволит Наследникам победить в войне, которую начали не они. Все в самолёте могли умереть – и пусть Саймон понимал, что виноват в этом был только Вадим, он всё равно чувствовал себя ответственным за их жизни. За то, что допустил смерть Цяна. За то, что уничтожил Хищника и собственными руками положил начало рождению Наследников. За то, что предложил план, из-за которого они могли погибнуть.

Они были детьми, как и Саймон, и просто хотели вернуться домой. Но вместо этого собрались здесь, готовые сражаться, готовые рискнуть всем, и он с ужасом думал о том, что ждёт дальше.

– Ты идёшь, Саймон?

Шарлотта смотрела на него с трапа, а Джем с Уинтер заглядывали через плечо. Глубоко вздохнув, он кивнул, а потом постарался выдохнуть все тревоги и страхи.

«Ничего не бойся».

Слова дедушки прозвучали в ушах, и ему показалось, что он стоит перед пропастью. Один шаг – и его ждёт падение.

А может, и взлёт.

– Иду.

Глава 22

Братская грызня

Бóльшую часть следующих одиннадцати часов Саймон провёл в облике летяги, вместе с Элоизой свернувшись в сумочке Уинтер и отсыпаясь за последние несколько суток. Но каждый час он всё равно дёргался, озирался и только при звуке голосов друзей вспоминал, где находится. Ему снились кошмары, но они ускользали из памяти, чему он был только рад. Какие бы ужасы ни порождало его подсознание, он не хотел о них помнить.

А втайне с трепетом думал, что будущее, которое их поджидало, могло оказаться гораздо страшнее.

Только после того, как самолёт остановился на дозаправку и снова взлетел, он выполз из сумочки на плечо Джема, ощущая себя так, будто на него пару раз хорошенько так наступили, проверяя, выживет он или нет.

– Проснулся, наконец, – сказала Уинтер с лёгким раздражением, будто Саймон мог заняться чем-то и поважнее сна.