Метро. Трилогия под одной обложкой читать онлайн

А хорошо бы было добраться в Москву живым, чтобы вместе с тобой у приемничка посидеть. Вот тебе, папаша. К нашему с тобой разговору. У меня, конечно, шиза, и я, разумеется, зацикленный психопат, и уж дочурки твоей я так и так не достоин. Только на-ка, Святослав Константиныч, послушай. Слушай-слушай. Не морщись. А? Да, это Петербург. А это вот Париж. Ага, это по-английски. Точно, это Владивосток. Как это? А вот так. Вот так это, что Красная Линия черт еще знает когда запустила глушилки. Глу-шил-ки, Святослав Константиныч.

Да-да. Ты-то знаешь, наверное, что это такое, в отличие от меня? А? Знаешь, а провафлил. Мы думали, они об Орден все зубы обломали, мы думали, им бункер этот сильно сдался, мы половину пацанов потеряли, чтобы только бункер к ним в руки не попал. А им, может, и дела не было до нашего бункера. У них помасштабней затея имелась. А не может быть так, Святослав Константиныч, что бункером они просто прикрывались, отвлекали нас, осадой этой изматывали, чтобы мы не обратили внимание на главное? А?

Отнял у радиста еще и маску вместо своей одноглазой, отправился на улицу.

Обогнул здание, вышел к вышкам. Крепко вкопаны, корни в бетоне, еще притянуты железными тросами к земле со всех сторон. Не спилить, не раскачать. На ближней увидел лесенку из арматуры, полез вверх – посмотреть, сколько времени осталось.

Упустил, Святослав Константиныч. Глушилки упустил, «Уралы» упустил, войну прозевал. Стареешь, папец. Ты мне, конечно, можешь не верить, потому что я же зацикленный, но ты послушай, послушай эфир.

Послушай и скажи: а теперь вот какая миссия у нашего Ордена? Продолжать месить свиное дерьмо? Или вывести людей наверх? Ребят наших класть за то, чтобы люди морлоками оставались? Или помочь им добраться до места, где фон будет терпимый? Где они смогут – жить?! Мне это все зачем? Да ни зачем! Я уже не буду Моисеем, Святослав Константиныч, да мне и по хер, на самом-то деле. Это я так, перед одной шлюшкой покрасоваться. Я уже и не успею Моисеем побыть. У меня дембель через три недели. Я через три недели туда – в май, к оранжевым уточкам, мороженку лизать. А вот ты – мог бы. И еще можешь. Там нигде не сказано, что в моисеи по инвалидности не берут.

А?!

Ладно. Иди к черту.

Разбитое колено не сгибалось, не разгибалось. Пришлось карабкаться на небо так же, как из кромешного ада выбираться: хромоного, прыжками, подтягиваясь.

Лез, пока территория внутри бетонного забора не стала размером с сигаретную пачку.