Меч Томаса читать онлайн

И упрись стопами в пол. Держись крепче.

Люсиль подняла на него перепуганное лицо, в глазах дрожит влага, щеки бледные.

– Спасибо, пастор…

– Спасаю, спасаю, – отозвался Олег.

Люсиль глянула за его плечо и спросила с тревогой:

– А где Савмак?

Глава 13"

"Олег вывернул шею и быстро огляделся. Дирижабль несется все так же страшно и беспорядочно, несколько лопастей вырвало ветром, а остальные шумно хлопают, как крылья испуганных птиц. Ящиков в люльке поуменьшилось – какие-то выкинуло из-за крена, а несколько других прижало к краям люльки силой вращения.

– Савмак! – позвал Олег. – Ты жив?

В ответ тишина, волхв позвал снова:

– Ратник, жрать не дам, если не отзовешься!

Снова никто не ответил, Олег напрягся, чуя недоброе. Когда он летел на канате вокруг дирижабля, ратника не видел ни висящим, ни падающим.

– Облечу еще раз, – сказал он Люсиль. – Сиди здесь, держись крепко.

Та нервно сглотнула и взмолилась:

– Не бросай меня одну.

– Мне тоже, – признался Олег и оттолкнулся ногами от борта.

Теперь, во второй раз, он делает это умышленно, и нутро еще сильнее сжалось от напряжения и животного ужаса – человеческая природа такова, что стремится избежать опасности, а не идти ей навстречу. Так устроено первозданное начало, такое же, как у собак или кошек. Но человек не только зверь, все же в его нутре есть и другое, высшее проявление, именно оно заставляет его сражаться за веру, идеи и правду.

Пролетев полный круг, Олег помчался на следующий. Но даже теперь внешние борта люльки пустые, только канаты одиноко треплются на ветру, волхв прокричал что было мочи:

– Савмак! Ты где?

Тонкий голос Люсиль из люльки пискнул:

– Может, его выбросило?

– Надеюсь, нет, – пробормотал волхв и снова громко позвал: – Ратник! Отзовись, если живой! Если помер – тоже крикни!

В гуле ветра и далеком грохоте воды снизу повисло гнетущее ожидание.

– Да как я крикну, коли помер! – спустя несколько тревожных мгновений раздался слабый голос Савмака откуда-то.

Олег к этому моменту облетел на канате дирижабль в третий раз, люлька снаружи все так же пуста и чиста, как прежде.