Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Не будем забывать об Йорке, – часто напоминал Штейн…

Наполеону было доложено, что многие немцы перешли на сторону русской армии, императора охватила ярость.

– До чего же этот коварный византиец Александр любит возиться со всякой продажной сволочью! Но я жалею… да, мне очень жаль, что мерзавец Штейн не попался мне годом раньше.

Ах, как мне хочется его расстрелять!..

Воспоминания Морица Арндта о России в 1812 году были переведены на русский язык лишь в 1871 году. Русские мемуаристы еще раньше запечатлели облик и разговоры Штейна, общение с которым было делом нелегким.

Его высокий подвижный ум требовал от собеседника полной душевной отдачи, большой образованности и немалого красноречия.

Штейн не терпел фальши и пустого фразерства, уважая в людях только прямоту характера и веру в конечную победу.