Обо всем договорилась твоя мать перед смертью, ты просто использовала шанс убежать от Мартынова, который тебе угрожал и бил, — пока кофе готовился, обнял любимую, притянув к себе ближе. — Шуста ты не видела, и про него мы вовсе не вспоминаем, у нас перед ним свои обязательства, как ты понимаешь. Будем давить на твой статус пострадавшей и информатора/свидетеля по вопросу дела Залевски, тут еще определяемся. Ну и Максима подключим к показаниям. С ним Сергей себя не сдерживал, были и угрозы жизни, и шантаж, и наезды криминала, потому фактов достаточно.
Да и Макс понимает, что без нас ему не выгрести теперь из этого дела живым. Начнем продавливать, чтобы они сосредоточились на фактах и меньше на вопросах по организации твоего побега настаивали, взамен попросим публично на себя твое исчезновение списать. Тут у нас центральная версия: ты ничего не знаешь; людей видела мельком и один раз; выполняла инструкции; что с твоими документами и машиной делать собирались — знать не знала. Сделаем все, чтобы этого оказалось достаточно, рассчитываем, что сможем договориться, сориентируемся по ситуации и тому, что Терещенко скажет, — он задумался на мгновение, прижавшись губами к кромке ее волос на лбу.
— Но потом… Сама понимаешь, будем выступать в открытую против Мартынова. Иначе нам никак это нормально не провернуть. Нужно громкое дело, на которое внимание всей прессы и служб сосредоточится. Шумиха, расследования… Тогда все проще провернуть, тут Мирослава вроде уверена. А она свою братию знает.
Возможно, даже пару раз интервью на ее бывшем канале организуем, раскрутим тему угрозы твоей жизни со стороны Мартынова. Учитывая его должность и то, что он таки перешел в другую фракцию, а значит, за ним и так сейчас СМИ следят, это добавит резонанса. Ну а мнение общества на прессе и формируется. Правда, уверен, что и он начнет нападки на нас, но тут мы отобьёмся и не уступим. А если выгорит дело до суда довести… Вообще «бинго»! То, что нам очень надо, — подмигнул ей так, словно никаких сложностей не предвидится даже теоретически.
Что, конечно, было не так.
И быстрый, чуть грустный взгляд Леси снизу вверх показал, что девочка его, несмотря на молодость, все прекрасно понимает. Слишком хорошо жизнь ее научила все с худшей вероятности рассматривать, да и жила в такой обстановке… Не дай боже никому, если подумать. Но Николай в их со Стасом стратегии тоже был уверен, как и в том, что при должном продавливании все может великолепно сработать.
