Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Алекс трясет головой так, словно это поможет замять неприятную тему.

– Кроме того, я пришел сюда обсудить поддержку сената, а не мои постыдные общественные связи."

"– Вот как, – произносит Луна с хитрой улыбкой, – но я думал, что ты просто наносил визит другу семьи?

– Конечно. Именно это я и имел в виду.

– Алекс, неужели тебе и правда больше нечем заняться в пятничный день? Тебе же двадцать один. Ты должен сейчас играть в пиво-понг или готовиться к какой-нибудь вечеринке.

– Ну, я готовлюсь, – лжет тот.

– Но делаю также и это.

– Да брось. Я лишь пытаюсь дать тебе совет как от старика молодому парню.

– Тебе тридцать девять.

– Моей печени уже девяносто три.

– Ну, в этом не я виноват.

– Вспоминая ночи в Денвере, вынужден с тобой не согласиться.

Алекс смеется.

– Вот потому мы и дружим.

– Алекс, тебе нужны другие друзья, – говорит Луна. – Друзья не из конгресса.

– Они у меня есть! Это Джун и Нора.

– Ага, твоя сестра и девчонка с суперкомпьютером в голове, – отрезает Луна. – Подумай о себе, пацан, пока еще есть время.

Тебе нужна поддержка посерьезнее.

– Прекрати называть меня «пацан», – просит Алекс.

– Ой! – вздыхает Луна. – У тебя все? Мне еще работать надо.

– Все-все, – отвечает Алекс, поднимаясь с кресла. – Эй, а Максин в городе?

– Уотерс? – спрашивает Луна, склонив голову. – Черт, да тебе, похоже, и правда жить надоело.

Из всего политического наследия США Ричардсы – это та семья, которую Алекс не может разгадать до сих пор, как ни старается.

В одной из своих заметок на ноутбуке он написал: «КЕННЕДИ + БУШ + ВСЕ ДЕНЬГИ МАФИОЗИ И МОЩЬ СИТХОВ = РИЧАРДСЫ?» Это довольно емко отражает все то, что Алекс успел к настоящему моменту на них нарыть.

Джеффри Ричардс, в настоящее время и, предположительно, в будущем единственный претендент на роль главного оппонента его матери в выборах, последние двадцать лет был сенатором от Юты, что подразумевает огромный опыт участия в голосованиях и законодательной деятельности. Все это команда его матери изучила уже вдоль и поперек.

Алекса же интересуют вещи, которые не так просто раскопать, – многие поколения генеральных прокуроров Ричардсов и федеральных судей Ричардсов были способны скрыть что угодно.

Его телефон, заваленный кучей бумаг на столе, начинает вибрировать. Сообщение от Джун: «Поужинаем? Скучаю по твоей мордахе». Он любит Джун, искренне любит ее сильнее всех на свете, но сейчас слишком занят.

Он ответит ей минут через тридцать, когда закончит.