Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Эта суббота исключением не была, поэтому подруги нашли ее за маленьким столиком, уставленным крохотными бутылочками, вазочками с фруктами и сладостями, в компании трех морских свинок и одного хомячка. Животные меленько семенили между вазочек, а Ирина грустно выпивала рюмочку за рюмочкой. Приход гостей возрадовал ее несказанно.

– Те-е-етки пришли-и-и! – широко распахнула она руки и быстро сообщила: – Сейчас напьюсь.

– Подождите, Ирина, – торопливо замахала руками Люся. – Мы уйдем, а потом уже и напьетесь.

Нам, так сказать, трезвый ум, трезвая память… требуются.

Ирина скривилась, молча почесала в затылке, а потом разочарованно пригласила:"

"– Ну так проходите, чего вам там надо от меня, не пьяной? Но только быстро! А то у меня праздник стынет!

Василиса уселась за низенький столик и, дабы сделать хозяйке приятное, пригубила рюмочку. Теперь, как ей казалось, она сделалась для Горбатовой близкой подружкой. Поэтому, нещадно жеманясь и потупя взор, Василиса пролепетала:

– Милочка… душенька… расскажите мне про Хлебова, м-м-м?

– Во-первых, – строго пресекла ее Горбатова, – что это вы меня коровьим именем кличете – Милочка? Меня Ирочкой зовут! А во-вторых!.

. Слушайте, а вы танцевать умеете? – вдруг забыла она, что хотела сказать. – Тетки, давайте плясать!

Василиса сникла. Сейчас ей не хватало разве что плясок. Но тут подняла кривенький палец Люся:

– Во-первых! Мы тебе не тетки! А во-вторых!.. Слушай, а где этот Хлебов живет, ты не знаешь, а?

Горбатова немедленно превратилась в томную даму, завалилась на кресло, достала длинную тонкую сигарету и прикурила ее не с того конца.

Старательно затягиваясь, она говорила с тоской в голосе и чуть в нос:

– Девушки… Ну зачем вам этот роковой мужчина? Этот персик цветет явно не для вас. Ну не надо резать вены, однако его внимания столько лет добиваются такие дамы, как… как… Вероника Абрамовна… как Кирюша… как я в конце концов…

– Черт-те что! – испугалась Василиса.

– Прямо сам Кирюша?

– Конечно, – икнула Ирина и вытаращила глаза. – Он же талант! Хлебов – артист от бога! Поэтому Кирюша и трясется над ним, как бы он в другой театр не ушел!

Со стороны могло показаться, что прима столичного театра дает интервью провинциальной прессе. Ирина, во всяком случае, себя ощущала именно так. Подруги не стали рушить игру.

– Что вы говорите! – хватала себя за щеки Люся.