Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А то слишком уж спокойным выглядит — в отличие от бедняжки Софьи.

— Понимаю, — кивнул Тимофей. — Ильичев нарушил неписаный договор. Ваш муж, несмотря на его обещания, не прошел очередной этап. И вы решили отомстить.

Софья нервно рассмеялась, покачала головой:

— По-твоему, этого мне бы хватило, чтобы решиться на… на это?

— А было что-то еще? Я чего-то не знаю?

— Ты вообще ничего не знаешь! — выплюнула ему в лицо Софья.

— Вы говорили сегодня на шоу о потере близкого человека, — все тем же ровным, безэмоциональным голосом напомнил Тимофей.

— Это был он? — Софья молчала, глядя в стол. — Вы говорили о своем муже?

На стол упала слезинка.

Тремя месяцами ранееВ дверь номера постучали.

Этот номер назывался тем же словом, что и тот, который они с Костей снимали в хостеле. Но дальше сходство заканчивалось. По этому номеру можно было прогуливаться под руку, а при желании — сыграть партию в теннис. Только вот Федор предпочитал другие виды парных игр.

— Чего?! — рявкнул он так, что Софья содрогнулась.

— На двери табличка «Не беспокоить!».

За дверью что-то промямлили. Софья разобрала «срочно» и «передать».

Федор, рыча, закутался в халат, протопал к двери, рывком распахнул ее и наорал на кого-то из персонала. Так же, как он орал на участников шоу, на съемочную группу — на всех. В который уже раз Софья подумала, что даже если бы он ничего ей не обещал, она согласилась бы сделать то же самое лишь за то, чтобы он никогда так не орал.

Дверь захлопнулась. Федор, гневно сопя, вернулся к постели.

Сел и вскрыл конверт. Софья не решилась подать голос, но через плечо Федора взглянула на содержимое конверта. И похолодела.

Фотографии.

Целая стопка.

Они с Федором держатся за руки в ресторане.

Они с Федором целуются в машине."

"Они с Федором в этом самом гостиничном номере, напротив панорамного окна: Федор полностью раздет, на ней — черные лакированные туфли на красной подошве и высокой шпильке, одолженные у подруги специально для поездки.

Ильичева возбуждали такие.

Он давно сознался, что, не будь на Софье в день встречи этих туфель — прошел бы мимо, не обратив внимания.

На последней фотографии лежал клочок бумаги с небрежно написанным от руки словом:

«Позвоните».

И — номер телефона.

Андрей Загорцев улыбался.

Он ждал, пока его пирожные испекутся. Занял одну из двух имеющихся в кухне духовок и никуда не торопился. Крем был уже готов. Все было готово.

Он листал фотографии на экране смартфона, убивая время.