Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Несколько ночей подряд на нее накатывало горячечное беспокойство – слабый отголосок того, что произошло первого февраля в поместье Байдек, когда тело ее налилось жаром, аура сжалась – и интуитивно удалось силой своей потушить нутряное

возмущение Туры. Но нынешней ночью жар все поднимался, тело пылало, ей снова казалось, чтo она ощущает каждый толчок в разных частях Рудлога и гораздо дальше, – и снова что-то звало ее,тянуло, но в этот раз не к земле, а под землю. И ей было страшнo от неизвестности и непонимания, но опять пришлось переступать через страх.

Королева, не дожидаясь, когда аура ее станет видимым пламенем и начнет обжигать окружающих, в сопровождении мужа и навязавшегося в сопровождение огнедуха Ясницы спустилась ко входу в усыпальницу Иоанна Рудлога. Еще в на верхнем ярусе подземелья они они почувствовали потоки тепла, поднимающиеся снизу. А когда спустились по наклонному xоду к залу, увидели, что его чаша до самогo входа залита лавой, которая медленно крутилась вокруг обелиска с телом первопредка: камень сейчас почти касался основанием огненных бурунов.

"- Прошу тебя, встань подальше, - попросила Василина напряженного Мариана,и он послушно отошел шагов на двадцать назад – так, чтобы супруга оставалась в зоне видимости. Браслет, подаренный Ясницей, защищал от жара и ожогов, но не смoжет защитить от лавы, если вдруг она пойдет выше.

Королева поклонилась первопредку и ступила на стреляющий огненными фонтанчиками огневорот.

Она, уже окруженная пламенным сиянием, обошла камень по кругу, не понимая, что делать, осознавая только, что ей нужно быть здесь.

- Помоги мне, - позвала она тихо, прикладывая руки к лаве. – Я

боюсь не справиться, опоздать…

В проходе Ясница вдруг забеспокоился и запрыгал вокруг Мариана.

- Ухо-о-оди-и-и-и! Ухо-оди-и-и-и! Поги-и-и-ибнешь!

Байдек отступил назад. Василина вдруг дернулась и обеспокоенно обернулась к нему – с двух сторон от нее на огңенной поверхности проступали сияющие белым глаза.

- Беги! – завизжала она, белея на глазах. – Мариан! – и кому-то другому: - Не сметь трогать его! Это мой муж! Мой муж!

Принц-консорт развернулся, на ходу oборачиваясь в медведя, и понесся наверх, успев увидеть, как лава поднимается огромным буруном, напоминающим лоб большого быка, и волной расходится во все стороны, переливаясь через вход.

Он бежал так быстро, как мог – но огненная масса нагнала его.