Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ну как платье, его так сложно назвать. Я бы сказала, что это черная кружевная ночнушка. Оно прозрачное, с подкладкой телесного цвета, отчего кажется, что ты голая. А еще наряд очень короткий, под него невозможно надеть бюстгальтер, также к нему прилагаются туфли. Закрытые, но опять же с кружевной сеткой, которая словно обнимает ногу, на высоких каблуках, очень сексуальные. Будто специально созданные для соблазнения.

– Саш, ну это слишком, – возмущаюсь, держа на весу подарки от хореографа, – очень провокационные наряды.

Шлюхи одеваются скромнее.

– Не будь занудой, – обрывает меня подруга, напяливая на себя всю эту «красоту». Вместе с ярким макияжем выглядит стервозно, как будто бы она собралась в ночной клуб, а не на вечеринку, которую я представляла как деловую встречу для налаживания контактов и презентации нашей труппы.

– Марьян, мы должны быть недоступными нимфами для старичков, которые придут на нас поглазеть, мы будем танцевать для них, сверкать перед ними своей красотой, а они будут отстегивать бабки из своих толстых кошельков.

И наши сценические костюмы мало отличаются от этих платьев, я не понимаю, почему ты так паришься. Совершенно никакой разницы.

«Я-то как раз ее, – пытаюсь убедить подругу, – когда ты надеваешь сценическое платье, ты выглядишь как богиня сцены, яркий и красивый нежный цветок, профессиональный танцор, а не проститутка», – думаю про себя, но все эти мысли приберегаю для себя, потому что не хочу обижать подругу и сбивать ее радостный настрой, а с указаниями Джеймса спорить бесполезно и даже страшно.

Саша смотрит на вещи по-другому, что ж поделать, Джеймс знатно промыл ей мозги.

Глава 30

К зданию ресторана мы приезжаем на задрипанном такси, таксист всю дорогу пялится на нас, рискуя попасть в аварию, и в конце поездки предлагает прокатиться дальше, бросив наши планы или отложив их на потом. Но мы просто посмеиваемся над доморощенным Казановой и выскакиваем наружу за один квартал от назначенного места, чтобы не приезжать на такой колымаге и не позориться перед другими танцовщицами.

Нам эмигрантками и так частенько смеются.

– Вот отвечаю! В следующий раз мы приедем на лимузине! – подруга стучит себя по груди, дополняя свою пылкую клятву.

– Саша, мне кажется или ты нацелилась на какого-то богатого папика? – сначала смеюсь, а потом вижу, что подруга смотрит на меня обиженно. Исподлобья. Будто я ее оскорбила до глубины души.