Мыльная сказка Шахерезады читать онлайн

Знаете, куда детей водят? Не поверите! На фабрики, где делают сигареты, и на пивзавод, объясняют это тем, что надо ориентировать подростков на рабочие профессии. Это мне мадам из РОНО[13] заявила, или как там теперь такая структура называется. Я, наивная, приехала туда, привезла наш проспект, говорю:

– У нас уникальное собрание, мы можем работать в связке с учителями литературы. Преподаватели, допустим, рассказывают о баснях Крылова, приводят к нам класс, и дети видят его книги, есть подушка с его дивана. Подлинная.

И в ответ услышала про рабочие профессии. Так что, если ваш Сережа впечатлился, я счастлива. Может, хоть один недоросль от экрана отлипнет и за хорошую книгу возьмется.

– А сколько стоят занятия в театре? – осведомилась я. – Как туда попасть? Много у вас актеров?

Эмма Генриховна поманила меня рукой.

– Пройдемте в приемную, все растолкую. Знаете, в чьей квартире вы находитесь?

– Полагаю, некогда она принадлежала писателю Владимиру Булгакову, – смиренно ответила я, – и он не родственник Михаила Афанасьевича, просто однофамилец.

Лицо Эммы Генриховны расплылось в широкой улыбке.

– Очень приятно общаться с интеллигентным человеком. А то экскурсанты часто говорят: «Рукопись «Мастера и Маргариты» у вас хранится? Можно ее потрогать? Слышали, тем, кто к ней прикоснется, черти богатство приносят». Вот каков наш народ! С сатанятами ради денег дружить готов! Ну кто такие глупости про рукописный текст выдумал!

Эмма Генриховна укоризненно качала головой все время, пока мы шли по длинному коридору до небольшой комнатушки, которая, к моему удивлению, оказалась обставлена не старинными диванами-шкафами, а изделиями из пластика и прессованных опилок, которыми сейчас торгуют сетевые магазины мебели.

– Устраивайтесь поудобнее, – радушно предложила хозяйка, – я расскажу и про театр, и про Владимира Егоровича. Он не литератор, сам романы не писал, Булгаков был крупным психиатром, светилом науки, а Егор Владимирович продолжает дело отца.

Глава 19

Владимир Булгаков был коренным москвичом, известным врачом, книголюбом, гостеприимным хозяином, в хлебосольном доме которого всегда с радостью принимали представителей творческой интеллигенции. Писатели, художники, композиторы, артисты любили Владимира Егоровича за веселый нрав и широкую душу. А вот коллеги-врачи относились к нему с некоторой настороженностью: психиатр иногда высказывался довольно резко в отношении больных людей.