Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Гореть тебе в адском пламени!

— Огня! Эта старая сволочь не хочет говорить, где золото! — заорал Эйнар. — Трюгги! Подпали ему пятки!

Старый человек запирался недолго, и уже вскоре тяжеленный сундук с епископской казной принесли Эйнару вместе с ключом. Тот с удивлением покрутил железяку в руках, но когда епископ трясущимися руками отомкнул замок, восхищенно зацокал языком. В этих землях еще были мастера, не забывшие старинное римское ремесло.

В сундуке лежала золотая и серебряная посуда, воинские браслеты, фибулы, кольца в мешочках и кошели с монетой.

Тремиссы[9] франков и имперские солиды лежали отдельно, увесистой тяжестью радуя нового хозяина."

"— Молот Тора мне в задницу! — восхищенно заорал Эйнар. — Парни, тащите из этого дома все, что есть! Чую, там еще много добра!

Крепкие дубовые двери были изрублены топорами, и кладовые епископского дома опустошили в считанные минуты. Из сундуков на свет божий достали драгоценные меха, бережно переложенные полотном, рулоны разноцветных тканей и бронзовые светильники.

Неслыханное богатство для данов, не избалованных таким великолепием. А из дома тащили гобелены и резную мебель, которая сама по себе была немалой ценностью.

Викинги несли добро и из остальных домов, что давали хоть какую-то надежду на поживу. Там, где оказывали сопротивление, рубили без пощады всех. Королевский граф лежал в луже собственной крови. Он был добрым воином и отбивался мечом, зарубив двоих данов, но брошенное крепкой рукой копье пробило его насквозь. Его дом тоже был ограблен, а изнутри раздавались истошные женские крики.

— Проклинаю! — прошептал пересохшими губами епископ. — Проклинаю тебя, нечестивый язычник!

— Сдохни, колдун! — заревел ярл, и одним ударом расколол голову епископа. Он плюнул на труп старика и удовлетворенно сказал: — Отец говорил, что если колдуна убить, его колдовство не будет иметь силы! Тор благоволит нам сегодня! Вот это добыча! Окрестные ярлы удавятся от зависти! Скольм, собирай парней! Гоните трэллей к реке!

— А с городом что будем делать, ярл? — деловито спросил Скольм, крепкий парень лет двадцати пяти, его племянник по жене.

— Да сжечь тут все! — сплюнул Эйнар. — Или ты решил забрать его с собой?

К кораблям тащили мешки с зерном, волокли скотину и катили бочки с вином. Сегодня будет поминальный пир. Ведь пятеро воинов — данов ушли сегодня в Вальхаллу, их нужно проводить достойно. Десять рабов франков будут сопровождать их на этом пути. Их принесут в жертву богам.

А в лагере начался дикий разгул.