Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Она так перепугалась, что отпросилась на целый день, а приехав и увидев мои экстренные сборы, чуть не ударилась в истерику. Но это она зря, конечно. Мне сейчас и моему разуму, расплавленному изменой мужа, не помешал бы ещё один здравый. Но Алиса пребывала в той стадии паники, что ещё чуть-чуть и всё обернётся крахом.

Я покачала головой.

— К тебе он приедет в первую очередь, — заметила я и закрыла багажник. — Поэтому будь добра не выдавал меня.

— Да я даже не знаю куда ты едешь! — возмутилась Алиса, подозревая моё недоверие.

— Вот-вот, отлично, так ему и говори, — подбодрила я и, шагнув впритык, обняла Алису за плечи. — Я как только устроюсь, тебе напишу или позвоню!

— Ксюша, прекрати нести эту чушь! Это даже не смешно! — Алиса надула губы и сложила руки на груди. Нет. Я могла её понять, она переживает, ей страшно, она там себе в голове чёрт пойми чего навертела, сделав из Матвея психа, но он просто обычный мужчина. А вот тот, кто развлекался письмами, оказалось не заказное, а обычное с доставкой курьером, вот он и есть псих.

Или психичка.

Я содрогнулась, вспоминая содержание послания.

— Ксюш, — канючила Алиса, хватая меня за завязки толстовки. — Ксюш, поехали ко мне, ну пожалуйста. А вечером я нам спа организую. А на завтра поход на маникюр и волосы давай тебе обрежем. И в блонд.

Я закатила глаза, но мозг свой не увидела.

Я, конечно, понимаю, что лучшая реанимация души — это новые приключения, но это не про меня. Мне надо заземлиться. Успокоиться. Всё обдумать. Хотя…

— Садись, поехали, — кивнула я Алисе, и она, подумав, что я всё же одумалась, побежала к пассажирской двери.

Я завела машину и прикинула маршрут. Алиса что-то щебетала, о чём-то спрашивала, но я хмуро смотрела на дорогу, на то, как разлетаются листья по обочинам дорог и думала, что итог у истории какой-то недостаточно нервный. И чувствовала в этом подвох.

Я притормозила у дворца бракосочетания, и Алиса со стоном упёрлась лбом в панель перед собой.

— Ксень, ну не надо, — провыла подруга, но всё же отстегнула ремень безопасности.

— Это ведь можно сделать позже. Не прямо сейчас.

Нет. Прямо сейчас. Если моё упрямство сейчас перебить, я никогда не решусь на этот шаг. Я начну себя жалеть и убеждать, что всё может сложиться иначе. Поэтому вбежав по ступенькам, я аккуратно приоткрыла дверь. Мне объяснили в какой кабинет пройти. Я по ошибке чуть не зашла в соседний, где выдавали свидетельство о смерти. Сплюнула.

Квитанцию пришлось оплачивать в банке через остановку.