Измена. Простить, отпустить, отомстить? читать онлайн

Ладно, до трех, а потом растопырила пальцы и поймала на себе насмешливый взгляд Зелибобы.

- Я скучал, - выдохнул Тим.

- А я нет, Тимур. У меня не было времени скучать, потому что ты меня убил, а мертвые не скучают.

- Мне очень жаль. Это правда, девочка.

Мне тоже иногда было жаль ту Настю. Но радостно за эту, новую, рожденную из пепла, дыма и осколков.

- Тимур, - черные глаза действовали хуже любого гипноза. А потому я смотрела куда угодно, но только не ему в лицо. – Я хочу, чтобы ты знал, благодаря тому разговору я развелась, поменяла работу, сняла нам с Томой квартиру.

Я даже взяла бабушкину девичью фамилию, чтобы узнать, чего я на самом деле стою, без папы и свекра! Я поняла, что не хочу больше ломать себя ради мужчины, даже такого как ты. И что я могу прожить эту жизнь одна, без тебя. Я могу, но я не хочу. И единственное о чем я буду жалеть, когда доживу до возраста моей бабули, так это, что мы с тобой не попробовали. Я не гарантирую, что получится. Более того, я знаю, что просто не будет, потому что пройдя такой путь тебе навстречу, я и от тебя буду ждать того же. Короче все это полная жопа, и чем дальше я говорю, тем больше я понимаю: не выйдет! Но я никогда бы не простила себя, если бы не попыталась. Я не знаю, что будет завтра, я не могу сказать, что мы идеальная пара, нет же! Мы совершенно разные, вот совсем ничего общего!

- Мы оба любим сырники.

- Только если ты их жаришь. Господи, еще и еда! У нас вообще не решены бытовые вопросы, и дети… Со мной всегда мои дети.

- Я снова всхлипнула, а глупые слезы снова брызнули из глаз. Я уже не обращала на них внимания, просто тараторила и тараторила, как заведенная механическая игрушка. – Ты так и не посмотрел с Томой, чем закончится леди Баг. И не пошел с Никитой в нормальную парикмахерскую, где ему бы сделали нормальную стрижку. И не свозил нас на море! И я просто не понимаю, как ты спишь после всего того…

- Вообще не сплю, - перебил меня Тимур.

Он подошел близко, положил руки мне на талию, обнял так, что затрещали ребра и в противовес этой грубости нежно-нежно убрал губами повисшую с ресниц слезинку.

Долго, так что я перестала считать секунды, целовал меня. В щеки, лоб, подбородок. Короткие, сухие поцелуи, в каждом из которых прячется широта скупых мужских чувств.

Они такие. Не на показ, а на разрыв.

- Я совсем перестал спать, моя девочка, - прошептал Тимур, зарываясь носом мне в макушку. – И чуть было не сошел с ума.