Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Там тебе точно не до сна. Ты отрабатывала свой новый золотой кулон с усердием отличницы с первой парты.

Женя хватается за красивую висюльку у себя на шее и густо краснеет.

- Этот кулон я сама себе купила…

- Да?! Значит Кеша ещё и жлоб. Сочувствую.

Я говорю, но совсем не смотрю на свою ассистентку. У меня задача важнее: найти чертовы таблетки! Если я не выпью обезболивающее, то… умру?! Обезболивающие они же… от боли? А у меня сейчас не просто болит, у меня стучит и рвётся, вот тут, прямо в сердце.

Я тяжело дышу. Воздух стал густым, горячим, как забытый на солнце пудинг.

Каждый вздох через силу. Каждый выдох сквозь молитву.

Господи, пускай она уйдёт… Иначе я не смогу!

- Вы ничего не понимаете, Аркадий чуткий, честный, очень ранимый человек! Мы любим друг друга, - быстро тараторит Женечка.

И я ей даже верю. Пускай любят, вот только мне от этой их любви отмыться бы, и чтобы больше они меня ею не марали.

- Жень, уйди, пожалуйста.

Да что ж так душно-то! Стягиваю с себя свитер и остаюсь в тонкой бельевой майке.

Кожа горит и хочется содрать ее вместе с одеждой.

- Анастасия Борисовна, это все неправильно, вы меня столькому научили… вы же мне как мама!

- Правильно. А Савранский как папа. А инцест это дело семейное. Так, Женек?

Моя ассистентка некрасиво открывает рот, как выкинутая на берег рыбка. Она хочет что-то сказать, но я ее не слышу. Наклоняюсь над столом и закрываю глаза рукой. Где эти таблетки?! Они должны быть в сумке, черт бы их побрал!

- Анастасия Борисовна, вам плохо?

Чувствую на своём плече чужие ладони.

Прохладные и нежные на ощупь они дарят секундное облегчение, но потом меня скручивает ещё сильнее.

Не от боли. От отвращения. В первую очередь к себе.

- Женя, просто уйди, - я отпихиваю ее в сторону.

- Но как же, мы ведь не поговорили. Вы не услышали мою точку зрения.

Да, Ешкин дрын! Я знаю эту точку зрения! При ближайшем рассмотрении эта точка оказывается плотно сжатым анусом и от неё сильно смердит!

Умный, меланхоличный заведующий клиники и «не такая как все» ординатор.

Случайные прикосновения, долгие взгляды, переписки до полуночи и наконец первый невинный секс где-нибудь в подсобке. От него до развратной оргии, которую нам показали в ресторане не так много времени. Каких-то два - три месяца.

Милая Женя, я знаю все! Особенно то, что я в эти игры больше не играю!

- Жень, принеси пожалуйста воды, - шепчу я не своим голосом.