Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Проследив взглядом за тем, как тело Виктора положили на носилки и погрузили в машину, я сказала:

– Бывший друг моего отца хотел ограбить этот дом. Что тут непонятного?

– Только и всего? – усмехнулся следователь.

– Только и всего. Увидев, как к дому подъехали незнакомые машины, я позвонила в милицию и нисколько об этом не жалею.

– Как-то у вас все просто…

– А чего усложнять!

– Тогда кто завалил столько людей? У вас с братом не нашли оружия.

– Человек, которого я когда-то любила.

– Один?"

"– Ну, не везде же нужны помощники.

У него было оружие, но какой может быть спрос с мертвого человека?

Следователь вновь усмехнулся и окинул взглядом дом.

– Да… Ваш покойный отец построил не дом, а целую крепость. Страшно подумать, какие деньги сюда вбуханы.

– Не надо считать чужие деньги, – устало сказала я и направилась в дом.

Глава 21

…Не знаю, как мне удалось все это пережить. Светланины похороны, множество допросов у следователя. Страшная депрессия. Когда все закончилось, я поняла, что надо продолжать жить дальше.

В один из вечеров в доме раздался телефонный звонок и незнакомый мужской голос потребовал определенную сумму в обмен на молчание о том, что мы были на реке и просили лодочника спрятать кокон, в котором находился высохший труп. Незнакомец предупредил, что у него есть фотографии, но их существование вызвало у меня большое сомнение. Говорил с незнакомцем Роберт. Он послал шахматиста ко всем чертям и бросил трубку.

– Господи, когда-нибудь это закончится? – с отчаянием спросил он и бросил в мою сторону усталый взгляд.

– Это Леонидыч.

– Какой еще Леонидыч?

– Тот самый, который подбросил нам труп лодочника.

– Откуда ты знаешь?

– Однажды я спряталась у реки и слышала, как он разговаривал с лодочником. Лодочник называл этого субъекта Леонидычем. Он блефует. У него нет и не может быть никаких фотографий.

Роберт закурил.

– Как ты думаешь, кого убил наш отец?

– Не знаю. Видимо, кто-то перешел ему дорогу, и он разделался с ним, потом обработал труп так, чтобы он высох и не издавал никакого запаха, и спрятал прямо в своем кабинете.

Нам не разгадать эту загадку. Потому что отгадку знал только один человек – наш отец, и он унес вместе с собой.

Роберт сел у моих ног, обхватил мои колени. Он уткнулся в них лицом и чуть слышно спросил:

– Ты любила Виктора?

– Наверное. А что такое любовь?

– Это не объяснить словами. Я узнал это чувство еще в детстве и пронес его через всю жизнь.