И небо в подарок читать онлайн

Но все же отвлеклась, мельком подумав, что на Норта всегда приятно посмотреть. Иногда я даже ощущала себя нимфоманкой - потому что мне нравилось в нем абсолютно все. И взъерошенные волосы, и насмешливый взгляд, и руки с длинными нервными пальцами, и крепкое тело... От мыслей о последнем так и вовсе мурашки по спине!

Но мыслями я не ограничилась - пару раз даже ходила подглядывать, как Норт, скинув рубашку, упражнялся на рассвете с многочисленной охраной Неприступных Вершин. Это зрелище меня очень и очень порадовало.

Правда, дальше взглядов - его и моих - у нас как-то... не заходило.

- Этим утром я говорил с караванщиком, приехавшим из столицы, - тем временем заявил мне Норт, забарабанив нервными пальцами по столу. - В Ализее новая вспышка. Говорит, умирают по нескольку сотен человек в день.

- Так много! - ужаснулась я.

- Думаю, число серьезно преувеличено, но все равно внушает уважение. Поэтому, - он уставился на меня, - я считаю, что ехать тебе туда не стоит.

- Что?! - выдохнула неверяще, оторвавшись от созерцания завязки его тонкой рубахи, белевшей на смуглой мускулистой груди.

Хорошая такая завязка, белоснежная. И грудь тоже ничего - рельефная, с отлично развитой мускулатурой - идеальное мужское тело - и даже видны темные волоски...

Тут я потрясла головой. Так, о чем это он? Как это, не ехать в столицу?!

- Погоди, но ведь мы уже почти собрались, да и принц Стефан меня пригласил! Я должна... - Я обязательно должна встретиться с его матерью, королевой Керраей! - Норт, мне обязательно нужно попасть в Ализею!

Под его тяжелым взглядом я растерянно уставилась на подол своего нового темного платья.

- Королевский Отбор, ну конечно же! - поморщился архимаг, перестав разглядывать меня излишне внимательно. - Как же я мог забыть? Никто не в силах отказать Стефану Бранту, решившему выбрать себе жену в столь сложное для Улайда время! И наплевать на Красную Лихорадку, убивающую в столице направо и налево.

- Норт, прошу тебя!.. Ты неправильно меня понял, - я потянулась к его руке, но прикоснуться он к себе не дал, подскочил, словно ужаленный.