Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Что… ниссин Факстон – Видящая?! Она совершенно точно видела старуху и говорила с ней. Как ей удавалось абсолютно ничем себя не выдать до сих пор? Ни в поезде, пока Мурс скакал вокруг и даже по ней, ни позже, когда за моим плечом маячил Рэндаф…

– У тебя нет выбора, Лукас, – продолжала между тем женщина. – Эта девчонка все равно обречена. В этот раз набор жертв идеальный, все точно получится. Сесиль вернется!

Рэндаф склонился к моему уху.

– Пэм, – прошептал он, – здесь Агата и Оливар. Тссс… молчи.

Мама и папа?!

– Я не знаю, что с ними, – продолжал дядя.

– Они точно не выглядят умершими десять лет назад. Я вообще не чувствую в них смерти. Но они не двигаются и не дышат. На полу начерчена пентаграмма. Вокруг выложен круг из накопителей. Ты в центре. По углам – Агата, Оливар и этот полицейский, Рэмвилл. Два луча свободны. Я не знаю символов, начерченных на полу, но… Пэм, это какой-то ритуал. Из древних. И ты определенно должна стать его главной участницей… жертвой. Книги нигде не вижу. Я не могу позвать на помощь, если только в доме появится кто-то Видящий, дальше привязка к тебе не пустит… ах да.

Мы в нашем доме, доме Оллинзов. Это его подвал.

Я взглядом указала на пса."

"– Увы, – Рэндаф качнул головой. – Похоже, Рэмвилл тоже приходит в себя, так что пес больше не сможет от него удалиться. Я попробую…

– Пошел вон! – от визга призрачной старухи заложило уши, а дядю и Мурса буквально снесло от меня – как будто ветром. Ничего себе… настолько сильная сущность? Может быть, она была магом при жизни?

– Занимай свое место, зятек, – Дельфина Факстон кивнула мужчине на свободный луч пентаграммы, и тот, ссутулившись больше обычного и шаркая ногами, побрел, куда было указано.

На секунду он оглянулся на меня – и, обнаружив, что я в сознании, сбился с шага.

– Простите, – шепнул одними губами.

Как будто мне легче станет от его извинений! Меня тут того и гляди в жертву принесут!

Рэмвилл шевельнулся и застонал – вот только руки и ноги у него, как и у меня, были надежно связаны.

А Дельфина Факстон пошла по кругу. В ее руках блеснул кинжал, и я замычала, дернувшись, когда женщина склонилась над телом… моей мамы.

На меня она бросила только один равнодушный взгляд. А потом полоснула кинжалом по неподвижному маминому запястью. И пару секунд недовольно смотрела на него.

– Это из-за стазиса, – проворчала призрачная старуха, неотступно следовавшая за ней. – Ток крови остановлен. Ничего, тебе от нее нужно не так много.