Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Завтра утром «Скворец» отправится вниз по течению сопровождая наших купцов, вы сможете отплыть на нём.

- Я бы предпочёл сегодня.

Жажек добродушно улыбнулся:

- О, мой господин, лучше вам сегодня отдохнуть, привести себя в порядок. Кроме того, мы хотели бы воздать почести вашей отваге и храбрости пиром и праздником.

- Опять нет повода чтобы не выпить? – фыркнул граф, - Звучит неплохо, но я бы всё же не хотел задерживаться слишком сильно.

Спутники старосты стали неодобрительно перешёптываться, но Жажек не оборачиваясь поднял руку, и бухтение сошло на нет.

- Мой господин, - он сделал шаг вперёд и понизил голос, так что слышать могли только Яген и мы с Тиниэль, стоявшие рядом, - я понимаю ваше недовольство многими вещами…

- Например тем, как ты не сообщил мне, что гидра отожралась до размеров дракона, - ввернул Яген.

- Да, например этим, - сбить старого пройдоху с толку простым «ты меня обманул» было невозможно, - но позвольте мне высказаться начистоту.

- Жажек Заблицкий решил говорить начистоту? - Яген взглянул на небо и иронично продолжил, - Надо же, небосклон на нас не падает. Ну что ж, говори.

- Для всех этих людей, - староста скосил взгляд, указывая на спутников, - вы абсолютно неизвестны. Собственно, когда вы уехали в город, на своём месте был только Олаф.

Сейчас вы сделали очень необычную вещь, и они это запомнят, но, если завтра придёт ваш дядя и предложит награду за вашу голову, они рассудят, что услуга, которая уже оказана, мало что стоит.

- И как моё пребывание на празднике это изменит?"

"- О, очень сильно. Они увидят, что вы тоже человек, как и они, не только победитель чудовищ, но и свой парень, с которым можно отдохнуть и напиться, клянясь друг другу в верности до гроба.

И когда они проспятся, это ощущение останется. И предать вас будет сложнее – потому что предавать придётся своего приятеля и собутыльника, а не просто благородного лорда, которого хочет убить другой благородный лорд, и все эти разборки не совсем наше дело.

Жажек замолчал и выжидательно уставился на Ягена.