Я смотрел в окно, как он выходит из дому и садится в машину, такой ладный, стройный, легкий, спортивный. Такой невыносимо удачливый. Во мне не было ничего, кроме стыда за собственную слабость и за подлость, которую я только что совершил.
А через неделю я узнал, что Борьку арестовали. Я знал, что все из-за меня. Если бы я позвонил Мусе в Екатеринбург, она связалась бы с кем нужно, и на следующий день у Борьки был бы новенький загранпаспорт. И он уехал бы за границу и жил бы там припеваючи. Мне было стыдно. Я сожалел о том, что сделал.
Больше всего на свете я хотел бы, чтобы этого эпизода не было в моей жизни.
Но он был.
Спустя несколько месяцев Борьку выпустили, но за это время ушлые недруги вкупе в друзьями и близкими успели отнять у него все. И если взрослый умный Борька отнесся к этому хоть и болезненно, но здраво, понимая, что все, что легко наживается, легко и теряется, то его сынок воспринял утрату благосостояния далеко не философски. Еще бы, с восемнадцати лет он разъезжал по Москве на подаренном папой автомобиле, притом отнюдь не на отечественном и даже не на подержанном.
У него было столько карманных денег, что хватало на самый роскошный образ юношеской жизни, включая и наркотики. И собственная квартира у Володьки тоже была. Все эти блага вкупе позволяли ему делать все, что заблагорассудится, не находясь при этом под жестким контролем предков. И вдруг все кончилось. Ни машины, ни отдельной квартиры, ни денег, ни свободы, ибо жить приходится отныне вместе с отцом. И мать его бросила, не взяла с собой в красивую обеспеченную заграничную жизнь.
Может, был бы он поумнее, подобрее и не употреблял наркотики, мать не отказалась бы от него, но такая простая мысль в голову Вовке, конечно, не пришла. Не воевал бы его отец с конкурентами, делился бы щедро, с кем надо, и не подсиживал бы его никто, не сдал бы правоохранительным органам. Но и это было слишком сложной мыслью для сына Борьки Викулова. Ему бы найти отправную точку попроще. Кто виноват? Да тот, кто не помог папе смотаться за рубеж, подальше от ареста.
А кто не помог? Не турагентство, у которого три дня - предел возможностей. Не папины партнеры по бизнесу, которые, естественно, немедленно сообщили куда надо, что Викулов собирается когти рвать из России. Дядя Андрюша Корин виноват. К нему папа обратился как к последней надежде, а Корин подвел. Оно и понятно, на турагентство не наедешь, к бизнесменам не подберешься, а сердце требует мести точно так же, как организм требует очередную дозу.
