Мои старики были страшными снобами, а я собирался работать в солидной фирме. Мы решили держать наш брак в секрете. Герда продолжала играть. Мабелль Сейнсбери Сил была с ней в одном театре. Она знала о нас. Потом она уехала за границу с гастролирующей труппой. Герда получила от нее пару весточек из Индии, но затем она перестала писать. Мабелль связалась с каким-то индусом. Она всегда была глупой и доверчивой девушкой."
"Я хочу, чтобы вы все поняли насчет моего брака с Ребеккой. Герда понимала меня. Это было все равно что войти в королевскую семью.
Мне представился шанс жениться на королеве и играть роль принца-консорта или даже короля. Я смотрел на свой брак с Гердой как на морганатический. Я любил ее и не хотел с ней расставаться. Все отлично сработало. Ребекка мне очень нравилась. У нее был ум первоклассного финансиста, а так как мой был не хуже, мы с ней образовали превосходную команду. Это необычайно возбуждало. Она была прекрасным компаньоном, и я думаю, что сделал ее счастливой. Я искренне горевал, когда она умерла.
Самым странным было то, что мы с Гердой все сильнее наслаждались нашими тайными встречами, изобретая для этого всевозможные способы. Герда была актрисой по натуре. В ее репертуаре было семь или восемь ролей, в том числе миссис Альберт Чэпмен. В Париже она изображала вдову-американку, и я встречался с ней, приезжая туда по делам. В Норвегию Герда отправлялась в качестве художницы со всеми принадлежностями, а я ездил туда рыбачить. Позднее я выдал ее за свою кузину Хелен Монтрессор.
Для нас обоих это было развлечением и придавало нашим отношениям романтический оттенок. После смерти Ребекки мы могли официально пожениться, но не захотели. Герде казалось трудным делить мою официальную жизнь, и, конечно, могло всплыть наружу что-то из прошлого, но, думаю, подлинная причина состояла в том, что нам нравилась атмосфера тайны. Открытая семейная жизнь показалась бы нам скучной.
Помолчав, Блант заговорил снова. Его голос слегка изменился, став более жестким:
– А потом эта проклятая дура все испортила.
Узнала меня – после стольких лет! Да еще рассказала Амбериотису! Вы ведь понимаете – должны понимать, – что нужно было что-то предпринять. Дело было не только во мне – я смотрел на это не с эгоистической точки зрения. Если бы я оказался разоренным и опозоренным, это ударило бы и по моей стране. Ведь я кое-что сделал для Англии, мосье Пуаро. Я сохранил ее сильной и платежеспособной. Она свободна от диктаторов – от фашизма и от коммунизма.
