Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Зато дом впереди становился все ближе, и, стараясь попасть к нему как можно быстрее, Ганс напрягал последние силы. Странное дело, но ему казалось, что дом не ждет покорно, пока на него высадятся новые хозяева, а испуганно удирает прочь, не желая даваться в руки чужакам.

— Не уйдешь, — сипел ему вслед Ганс, налегая на весло.

И дом не ушел. Вскоре лодка ударилась бортом о платформу и Ганс тут же привязал ее за кусок доски, торчащей из настила. Труднее всего оказалось перетащить на платформу грузного Хука. На крики никто не отзывался и Гансу пришлось корячиться самому.

Потом настала очередь пулемета. Его Ганс сразу установил на сошки и пристегнул коробчатый магазин.

Только убедившись, что все готово к обороне, Ганс двинулся на поиски своих людей. В доме никого не было. Свет не включался. Темнота и тишина. И сколько Ганс не звал, никто ему не отозвался.

— Плохо дело, — устало сказал, он возвращаясь к Хуку. — Напугал ты их, видимо, своими угрозами, вот и свалили куда-то.

Хук лишь слабо стонал в ответ, по всей видимости, даже не слыша своего пулеметчика.

Движение факелов на берегу привлекло внимание Ганса.

— Вот он, наш домик! — орали с берега радостные, словно пьяные от победы, голоса. — Мы богаты! Урр-а-а-а!

— Сейчас я покажу вам победу, — зло сказал Ганс, устраиваясь рядом со своим пулеметом. — Сейчас вы у меня попразднуете.

Стальная плеть хлестнула по берегу, сбивая радостные крики, ломая тела, сшибая торжественный огонь факелов. На берегу заорали, забегали, побросали в воду оставшиеся факела.

Потом с берега по дому начали сажать из автоматов. По всей видимости теперь ни одна аномалия не мешала им стрелять: вокруг Ганса засвистели пули, полетела во все стороны выбитая щепа.

— Отлично, — зло обрадовался Ганс.

Короткие вспышки на фоне темной стене леса смотрелись гораздо более удобной мишенью, чем факельное шествие на берегу. Ганс жалил их своими очередями, не жалея патронов, и смеялся в полный голос. Вспышки гасли одна за другой и больше не появлялись.

И не было в целом мире счастливее пулеметчика, чем фримен Ганс.

Глава 65

Ну вот ты и возвращаешься туда, откуда сбежал два месяца назад. Судьба любит ходить кругами, даже если кому-то и кажется, что это спираль. Мне нестерпимо жаль, что погибнув, ты утянешь за собой в могилу и Штыка. Но сделать ничего не могу. Наверное, это главное проклятие, наложенное на меня Зоной.

Надеюсь, когда тебя прижмут, ты будешь долго мучиться, прежде, чем подохнешь. Беги Феникс, спеши. Я жду тебя.