Любимая учительница читать онлайн

— Она — моя! — Алиев смотрел зло и неуступчиво.

Глеб хмыкнул, перевел взгляд на Давида.

— А она знает, что она — твоя, смертник?

На этот вопрос Алиев ничего не ответил, отвел взгляд, зло сжал кулак, впечатывая его в пол. В этот момент он, казалось, вообще забыл о том, в каком положении находится, переживая свою личную драму.

— Хотя, похуй. — Припечатал Давид. — Потому что это не отменяет вопроса. Какого хуя ты, падаль, полез к нашей женщине? Напугал? Хватал? Да мы за один взгляд твой в ее сторону тебя разъебем.

А ты себе позволил…

Он зарычал, опять заводясь, но я вжалась всем телом в него, положила ладонь на колкую щеку, успокаивая.

— Да я не знал же! — Алиев повысил голос.

— Похуй. Отвечать будешь все равно.

— Так, — Глеб верно понял короткий взгляд друга, — Татьян Викторовна, у тебя дела ведь, да? Занятия? Иди, а то там студенты веселятся уже, наверно.

Я, опомнившись, глянула на часы. С момента начала нашей интересной беседы с Алиевым прошло всего семь минут.

Надо же, как время растянулось. Столько всего вместило.

Я повернулась к Давиду, зная, кто будет решать в итоге:

— Дав, не надо ничего такого.

— Поговорим просто, не волнуйся.

Я обняла его за шею, привстав на цыпочки, уже не стесняясь Алиева. Смысла не было.

Давид подхватил меня под попу, чтоб смогла достать до его губ, сзади подошел Глеб, повернул меня к себе за подбородок, коротко, но очень жарко поцеловал:

— Иди, Татьян Викторовна. Иди. Дав, пусти ее уже. А то потом не сможем.

Я уже чувствовала сквозь джинсы, что у Давида опять встал вопрос, поэтому особо не шевелилась, опасаясь, что придется его решать прямо здесь. Не то, чтоб я была сильно против, жеманничать глупо после всего, что мы творили, но все же у нас тут зритель. И нерешенная проблема.

— Иди, малыш, — пробурчал Давид, с огромным сожалением отпуская меня на пол. Проведя напоследок по телу ладонями обстоятельно и грубовато. Я не смогла удержаться и подалась к нему немного, в попытке захватить побольше ощущений, еле слышно муркнув.

Парни сразу же задышали глубже, Глеб придвинулся еще ближе, положил руки мне на плечи, наклоняясь к моей шее и коротко и горячо целуя, вызывая дрожь невозможную, а я не могла взгляда отвести от глаз Давида, уже опять затягивающих, жгучих, с отчетливо зарождающимся безумием похоти на дне зрачков.

Отрезвил нас хриплый кашель.

Алиев!

Я задергалась, выбираясь из рук парней, краснея от стыда.