Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Открыв глаза, понимаю, что в постели не одна. Перевернуться не могу, потому что спина прижата к груди.

Илья.

Глаза из орбит лезут как только я вспоминаю вчерашний вечер, воспроизвожу хронологию, но после ужина, плотного ужина, Туманов тщательно следил за тем как я ем. Скормил порцию второго, салата и чай выпить заставил. Я потерялась. Села на диван, пока Илья в душ пошел и, все. Вырубило меня в момент.

На часах только пять тридцать утра. Можно было бы еще поспать полчасика, но я выспалась. И мне дико жарко, но, очень приятно.

Он не ушел, рядом, не бросил и не оставил. И жара трансформируется в жар… и по телу импульсами расходится желание и…

— Проснулась. — хриплый голос у уху щекочет.

— Да, доброе утро. — Выдыхаю, прикусывая губу в легкой улыбке.

Рука на моей талии оживает и начинает путешествие по изгибам. Очерчивает ребра, спускается к бедрам, запуская шальной хоровод мурашек и заставляя пьяных, шальных бабочек танцевать в животе вальс.

— Ты не ушел, — рука замирает на бедре и ползет вверх, дыхание задерживаю, когда пальцы спускаются к краю топа и поддевают его.

— Я не хотел, — три слова, заставляющие моих дурных бабочек начать танцевать танго, тарабаня изнутри.

Ерзаю.

Утренняя эрекция четко упирается в мою поясницу и заставляет мое женственное начало свернуться в тугой узел внизу живота.

Хочу видеть его глаза.

Переворачиваюсь на спину и смотрю на его заспанное лицо. Только заспанного там нет.

— Ты давно проснулся? — спрашиваю, аккуратно перехватывая его ладонь своею. А он наши пальцы переплетает.

— Нет, — отвечает, а сам жадно меня разглядывает.

— Что, отекла? Или след от подушки? — хихикаю, как дура.

— Нет, ты красавица, Ляль. — Проводит пальцами по щеке, скуле и по губам, останавливаясь на них. Оттягивает нижнюю…

Его дыхание учащается и становится более шумным. Глаза темнеют и скулы заостряются.

Я не знаю, что он видит в моем взгляде, но мне кажется, наши состояния идентичны.

Касаюсь пальцами его колючей щеки. Вторую руку запускаю в чуть отросшие волосы и двигаюсь ближе.

— Ляль… я тебя пиздец как хочу, —сквозь зубы, — но, зачем тебе такой мудак как я? Гони ты меня нахуй, — прикрывает глаза на мгновение и потом серьезно смотрит на меня.

Теряюсь от его резкости.

— А если я люблю вот такого…. Мудака, — слегка прихватываю его волосы. — Что делать мне?

— А если мудак не знает, что такое любовь? — все так же серьезно.

Закусываю губу.

— Мудаку можно показать, что такое любовь. И ему понравится. — Уверенно заявляю.