Name: Данияр. Не буду твоей невестой
Author: Мария Зайцева

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Или… Не хочу понимать? Боюсь?

Да понимаю всё, понимаю же…

Вообще, ощущение сейчас невероятно странное и страшное.

Словно я в кошмаре оказалась.

И понимаю, что это кошмар. Смотрю со стороны… И жду, когда проснусь.

Я же проснусь?

И окажусь у себя в комнате, а внизу, в гостиной, будут тихо переговариваться мама и папа.

— Это… Другие суммы… — наконец, говорит Натан.

И я закрываю глаза.

Это кошмар.

Проснусь сейчас.

Или…

Глава 26. Проснуться

Я в оцепенении.

Кажется, даже не дышу. Ни мыслей, ни сил. Только гул в голове и дрожь по всему телу.

Грудь словно бетонной плитой придавило — ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Мужик и Натан разговаривают.

И я даже слова слышу, но не понимаю. Смысла не улавливаю.

Только взгляд перевожу с одного на второго, все еще ожидая окончания кошмара.

Может, ущипнуть себя надо?

Не сразу понимаю, что разговор подошел к финалу. И, наверно, тому, который устроил обе стороны.

Мне надо… Надо делать что-то.

Надо…

Натан кивает мужику и уходит.

Спокойно разворачивается и уходит. Как будто… меня больше нет в его мире.

И не было. А все, что случилось, всё это — нормально."

"Нормально продавать людей, нормально забывать о них в ту же секунду, когда надобность отпадает.

Во мне больше нет надобности.

Ни у кого.

Хотя, нет.

Есть.

Теперь я нужна вот этим зверям. Ненадолго.

Так горит в груди, что кажется, будто сердце огонь по венам гонит.

Заторможено смотрю на закрывшуюся за Натаном дверь.

И вздрагиваю, когда мужик, которому он продал меня, делает шаг в мою сторону.

— Пошли, — командует он, грубо хватая меня за плечо.

И надавливая силой, делая больно, когда дергаюсь, машинально пытаясь оттолкнуть, — зря ты сопротивляешься. Но оно и не важно. Скоро перестанешь.

Мои попытки вырваться вообще не замечаются.

Мужик силен и, судя по ухваткам, ему привычно укрощать сопротивляющихся женщин.

Меня тащат вдоль по узкому, едва освещенному парой настенных ламп коридору, а потом заталкивают в какую-то комнату. Глухую, как подвал. Без окон.

Воздух тут спертый, будто давно не проветривали.

Душный запах тональной пудры, дешёвого парфюма и ещё чего-то… мерзкого, липкого, будто страх, пропитавший стены, забивается мне в нос.

На узком диване — три девушки. Ещё одна у длинного, во весь рост, зеркала, с круглыми лампочками по периметру рамы.

Первая — ярко накрашена, но губы подведены криво. Платье, натянутое на неё, сдвинулось так, что видно бельё. Она жует жвачку, щёлкает ею, и смотрит в пол. Будто в её голове нет ни одной оформленной мысли.