Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Теперь и вы говорите ерунду. Представьте только: я стал разглагольствовать о принципах свободной любви, разрисовал себя этаким искателем приключений, испытывающим свои чувства. Слово за слово, и закончилось тем, что я предложил ей провести ночь у меня — так сказать, вступить в испытательный брак.

— А она?

— Попросила отвезти ее в общежитие и даже не попрощалась толком. Я больше не уверен, захочет ли она теперь работать со мной.

— Постойте, постойте! Так что же вас беспокоит: ваши отвергнутые чувства или оказавшееся под угрозой мероприятие?

— Я подумал, что может быть удастся приманить убийцу.

— Силинь заслонился от прямого ответа. — Аспа прогуливалась бы по лесу, а мы ее охраняли бы. Иного пути я пока не вижу. Собирались сегодня вместе просить санкции полковника, только теперь захочет ли она?

— Снова вы путаете разные проблемы. Аспа ведь пойдет на охоту за убийцей брата, а не на романтическую прогулку с вами.

— Так–то так, — неохотно признал Силинь. — И все же лучше бы мне не распускать язык.

Я подумал, что несколько форелей — слишком ничтожная плата за отведенную мне роль: если Силинь хочет, чтобы я на рассвете выслушивал повесть о его любовных терзаниях, мог прихватить хотя бы бутылку коньяка. Взглянул на часы; нет, будить соседей было еще рановато.

— Есть такая французская песенка: «Если бы я знал, чем это кончится, непременно действовал бы по–другому».

— Вы правы, конечно. Те же французы говорят: «Если бы юность знала, если бы старость могла». Потому уважаемый полковник Дрейманис и созывает так часто свои нескончаемые совещания.

— В конце концов, за результат отвечает он, — встал я на защиту опыта.

— Значит, вскоре снова зачерпнем из источника мудрости, — без восторга проговорил Силинь и сделал себе еще чашку кофе. — Не уснуть бы только.

* * *

Атмосфера в Управлении милиции на этот раз вовсе не казалась сонной. Спасаясь от прохладного по–осеннему дождя, работники теснились у входа, где дежурный милиционер с сомнительным успехом старался отсеять посторонних.

У меня, например, он не спросил пропуска, наверное потому, что я в тот момент помогал Байбе Ратынь закрыть непослушный складной зонтик. Остальные вымокли до нитки, полагая, видимо, что «чемберлен» не очень сочетается с форменной одеждой.

— Заглянешь? — спросила Ратынь Силиня. — Дам прочесть заключение, может быть, найдешь в нем что–то полезное для дела Вайвара.

— Ты не останешься в нашей группе?

— Дальше делом займется Особо важный Эрнест Ванадзинь.