Ну, и славно, то, что доктор прописал! Подхватив меня под руки, солдаты потащили мое бесчувственное тело следом за офицером. Двадцать метров, тридцать, сорок — хватит? Офицер, поди, уже и до основной траншеи дошел, не услышит. Пулеметчик тоже. Работаем?
Нож бесшумно вошел под руку левому «носильщику». Сделав еще пару шагов, он стал заваливаться наземь и потянул меня за собой. Сопротивляться я не стал и рухнул на него сверху. Второй «носильщик» издал вопросительный возглас и наклонился над нами. Рывок — и он навалился на меня сверху.
При этом он оказался настолько невезуч, что с размаху напоролся на выставленный ему навстречу клинок. Дернувшись пару раз, затих и он. Держа в руке пистолет, я ужом вывернулся из-под немцев. Тихо? Да, в траншее никого. Так, шинель нафиг, идем назад. Пройдя по окопу до оставленного термоса, я подобрал винтовку и двинулся к пулеметчику. Шел я открыто, только пригибался, пряча голову от возможной пули (а, заодно и лицо — от любопытных взглядов). Покосившись в мою сторону, пулеметчик вновь уставился в сторону наших окопов.
Ну и правильно, одет я почти также, как и ушедшие немцы, иду со стороны своих. Мало ли какие еще дела могли у меня тут быть? Подойдя к нему поближе, я, сняв винтовку с плеча, принялся устраиваться у бруствера. Драгоценный вещмешок я опустил на землю. Приложившись к винтовке, я осмотрелся, и недовольно что-то буркнув под нос, сместился вправо, поближе к пулеметчику. Он потеснился, давая мне место. Вежливый? Это хорошо.
Но не всегда уместно. Взмах прикладом и немец сполз на землю. Так, спина у меня теперь чистая, по крайней мере — на ближайшие полчаса. Раньше офицер, скорее всего, не хватится. Неизвестно ведь, какую команду он отдал «носильщикам»? Плохо, если сразу распорядился тащить пьяницу к нему. Пораскинем головой. Немец этот, вероятнее всего, местный ротный. Возможно? Вполне. А если это штабной офицер, ответственный за успешный выход? Навряд ли, тогда бы с ним вместе был бы и местный офицер, взводный, как минимум.
И с ним еще парочка сопровождающих. Нет, скорее всего, это взводный лейтенант, или кто там, на эту должность у немцев полагался? Тогда он отдаст приказ тащить пьяного к себе. А зачем? Что он у него, пьяного, выяснит? Будет этим обалдуем заниматься старшина или его немецкий антипод. А уж результаты поутру взводному и доложат. В таком случае, ординарец немца должен будет к нему вернуться через минут двадцать, максимум — через полчаса.
