Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он хотел было спросить, что означает слово «тоже», но не посмел. Только еще больше разозлился.

– Ты думаешь, что меня с Пьером удерживает его богатство? – продолжала Соня. – Это не так.

– А что же?

– Наши отношения…

– Брось, Соня. – Максим разнял руки, все еще ее обвивавшие, и нервно прошелся по комнате. – Ты же любишь меня. – Он развернулся к ней всем корпусом и посмотрел в упор. – Ведь так?

– Я точно не знаю, что называется этим словом – любовь… – ответила она ему медленно. – Но, наверное, то, что я испытываю к тебе, можно так назвать… Но только ты не понимаешь…

– Чего? – резко перебил ее Максим.

– Что ты любишь одного, живешь с другим, встречаешься с третьим?

– Не надо так злиться. Послушай… Перестань на меня нападать.

– Ты меня любишь, ведь так?

– Максим, оставь это. Прошу тебя.

– Ты меня любишь? Да или нет?

– Я устала. Ты бы подумал на секунду, что я пережила за эти две недели… Не мучай меня.

– Да или нет?

– Да. – Соня спокойно посмотрела ему в глаза.

– Но для тебя это ничего не значит?

– Максим, а ты меня любишь?

– Ты разве не видишь? Ты разве не знаешь?

– Ответь, пожалуйста.

– Люблю. Схожу с ума. Уже сошел.

– И знаешь, почему?"

"Максим не понял вопроса и смотрел на Соню недоумевающе.

– Потому что я тебе не принадлежу. Потому что обстоятельства образовали между нами непреодолимую дистанцию. Ту самую, которая тебе нужна, чтобы любить… Ты человек, которого влекут имиджи, образы, маски… В них тайна – и она тебя притягивает, интригует.

Наличие дистанции эту тайну поддерживает. Сближение же гасит образ… И женщина без этого флера тайны, женщина вне имиджа, вне роли тебе неинтересна. Ты настоящий режиссер, ты не только мыслишь образами – ты ими живешь…

Максим смотрел на нее во все глаза. Эта маленькая девочка, эта прелестная Соня говорила ему вещи, которых он никогда не слышал о себе и меньше всего ожидал услышать от нее… И, кажется – он еще не знал до конца, – это было похоже на правду… В изящной головке, оказывается, кое-что есть.

– Представь себе, – говорила Соня, улыбаясь и обнажая свои расставленные зубки, – представь меня дома у плиты в грязном фартуке или за глажкой твоих рубашек: я ведь перестану существовать. Я перестану быть Соней, я стану просто женой… А ты начнешь гнаться за другой тайной, искать новый образ.

– Неправда! – сказал Максим.

Но он был не уверен, что это действительно была неправда.